Вик упруго вскочил с земли, расправил плечи, в теле кипела безудержная мощь, которую хотелось выплеснуть на всё, что движется. Когтистая лапа быстро рванула его по руке, оставив длинные царапины. Он поймал её и с силой дёрнул, серокожая тварь ответила мощным ударом в лицо. Вистолец отлетел, перекувыркнулся в воздухе и приземлился на ноги. Он яростно взревел, у него нет когтей, нет зубов, он безоружен.
Сразу три человекоподобных существа, дёргаясь и кривляясь, отделились от общей схватки и двинулись к нему.
— Да чтоб вас, — Вик начал отступать, его нога запнулась за край развалившейся телеги.
— Оружие, должно же быть оружие, — он пробежался взглядом по придавленным скелетам и, наконец, заметил то, что искал — два меча, сжимаемые костяшками пальцев. Вик схватил ближайший и чуть не застонал. Это была тупая ржавая железяка. Времени подобрать второй уже не было.
Он отпрыгнул, спасаясь от когтей ближайшей твари, и сделал быстрый выпад в живот другой. Проржавевший клинок с треском переломился. Противники зашипели, это очень напоминало хохот. Вик поморщился, прицелился и метнул обломок в кривящуюся морду. Попал, чем вызвал разъярённый вой и быстрое наступление.
Он бросился ко второму мечу, в стремительном кувырке подхватил его с земли и развернулся к нападавшим. Меч был в дорогих, изукрашенных самоцветами ножнах. Он схватился за двуручную рукоять, отливающую тусклым блеском, и рванул клинок на свободу. В лучах заходящего солнца ярко сверкнуло серебро остро заточенного металла. Меч со свистом рассёк воздух, мгновенно отогнав подступивших тварей.
Вик восхищённо улыбнулся, меч пел в его руке, длинный тяжелый клинок, словно жил своей жизнью, готовый отнимать жизни у врагов. Он быстро прицепил ножны к поясу и уже сам кинулся в гущу схватки.
…Воздух загустел, стал тягучим и очень холодным. Время остановилась, сдерживая движения, сжимая тисками тела, вминая их в землю дороги и ледяным шаром боли ворочаясь где-то в груди. Мгновение.
Вик понял, что лежит на траве и задыхается, а в ушах по-прежнему звучат отголоски звуков нереально искажённого голоса.
Одно слово. И серокожие твари с верещанием ринулись в чащу леса, а волки заскулили и припали к земле.
Вик с трудом приподнялся, оборотни медленно приходили в себя, все морды поворачивались в ту сторону, где был город.
— И почему это только меня все называют мальчишкой? — уже человеческим голосом поинтересовался Ярси и со стуком поставил на землю ведро. — Твоя вода, Вик.
Глава 9
— Что?! Не надо на меня так смотреть. …Я упал.
Он стряхнул с себя тлеющую по краям огромной выжженной дыры обгоревшую ткань. Вся левая часть его груди была сплошным ожогом, плечо и шея располосованы чем-то острым, правая рука висела плетью, он ей не пользовался, рукав пропитался кровью.
— Куда? В костёр? — поражённый видом Ярси спросил Вик.
— Да, есть там костёр. Бегает очень быстро. Быстрее чем я.
— И как там в Прэте? Понравилось? — злорадно поинтересовался Мировир.
— В следующий раз возьму тебя с собой, — пообещал Ярси. — Полюбуешься на город, заодно будешь костёр отвлекать.
Мировир протестующе поднял руки.
— А я говорил, что не надо туда ходить.
Ярси сдёрнул с себя остатки рубашки, смял в комок и попытался стереть кровь.
— Пей воду, Вик, или уже не хочешь?
Вистолец с трудом оторвал взгляд от быстро затягивающихся на теле Ярси ран. Кожа срасталась, там, где проглядывало обугленное мясо, появлялась новая, закрывала страшные ожоги. Регенерация шла буквально на глазах. Только правую руку он продолжал держать осторожно, чуть отведя от тела.
— Кости сломаны? — понимающе кивнул Мировир. — К утру срастутся.
Перевоплотившиеся в людей оборотни настороженно втягивали носами воздух, неуверенно переглядывались, в их глазах читался животный страх. Даже Мировир выглядел подавленным и с непонятной тревогой смотрел на короля.
Ярси окинул их внимательным взглядом, выпрямился, расправил плечи.
— Ничего не изменилось, — произнёс он чётко. — Можете идти, вас ждёт ночь!
Оборотни чуть приободрились и не спеша потянулись в лес, один за другим скрываясь за стволами чёрных деревьев.
— Что это с ними? — удивился Вик. Он поднял ведро и с наслаждением напился. Вода была удивительно вкусной, жаль только, что её оставалось не так много. А пополнить запас возможно только в Прэте.
— Ты зачерпнул Силу…? — вдруг почти шёпотом произнёс Мировир. — Я чувствую её, как ты смог?
— Силу? — Ярси медленно поднял руки к лицу, посмотрел в раскрытые ладони, словно мог что-то увидеть сквозь кожу. — Она осталось со мной?
Мировир фыркнул.
— Ты взял часть Кристалла и даже не понял этого?
Перед глазами Ярси тенью промелькнул силуэт наполовину преобразившейся башни. Он перевёл взгляд на Мировира.
— А что произойдёт, когда башня изменится полностью?
— Что?! Она меняется? — Мировир даже на шаг отступил, в его глазах промелькнуло неверие, перемешенное с ожиданием чуда. Промелькнуло и исчезло.
— Забудь, — отрезал Ярси. — Мне показалось.
Но оборотень по-прежнему не спускал с него пронизывающего взгляда.
— Жаль, что ты не осознаёшь, того что творишь, — произнёс он глухо и, резко отвернувшись, направился в лес.
Вик поставил ведро на землю.
— О чём был разговор? — поинтересовался он.
— Ещё не время, — в глазах короля мелькнули чёрные всполохи, перемешанные с серебряными искрами, он смотрел куда-то вдаль, не замечая того, что рядом. Вик невольно отступил.
— Ярси, — позвал он. — Что происходит?
Тот покачал головой, его взгляд прояснился, он посмотрел на вистольца более внимательно.
— У тебя новый меч?
Вик кивнул.
— Пришлось подыскать альтернативу когтям и зубам, — он выхватил клинок из ножен, блеснула серебристая сталь, прочертившая в сумерках светящуюся полосу.
— Серебро, — криво усмехнулся Ярси. — Поосторожнее с ним, настанет время, когда ты не сможешь держать его в руках.
Вистолец помрачнел, вставил меч обратно в ножны.
— Серебро убивает оборотней, — проговорил он отстранённо и сжал кулаки, ещё недавно забытое чувство обречённости вновь захлестнуло с головой.
— Не думай об этом, — Ярси кивнул на лес. — Тебя ждут.
Вик медленно обернулся, между стволами деревьев мелькали гибкие девичьи фигурки. Он посмотрел на друга, тот кивнул.
— Иди. Ночью тебе не нужно ничего бояться. Встретимся на рассвете, — Ярси резко отвернулся и устремился совсем в другую сторону.
Вистолец проводил его взглядом, глубоко вздохнул и пожал плечами. Ночь. Время оборотней. Страха действительно не было. До его слуха донёсся мелодичный смех. Он расправил плечи, чувствуя, как по мышцам бежит неведомая мощь, наполняя всё тело будоражащей энергией. Он улыбнулся, понимая, что ему нравится это чувство.
Весёлый заливистый смех стал громче.
— Ладно, — он попытался отбросить все мысли и шагнул в объятия леса.
Под ногами волнами стелился пепел, в лицо заглядывали красные полупрозрачные листья, словно пульсирующие горячей кровью. Деревья покорно склоняли ветви, убирая их с пути. Он шёл сквозь чащу безжизненного леса. Это его дом. Он здесь хозяин. Он здесь пленник.
«— …У тебя есть шанс сохранить сущность человека, сохранить самого себя и обращаться в зверя только тогда, когда ты сам этого пожелаешь».
Зачем? Это пытка — быть человеком там, где не может существовать ничего человеческого. И сразу приходит ответ. — Я сам этого хотел. Сам.
Густые багровые капли выступали на поверхности листьев, медленно, словно боясь, катились к краю и, на мгновенье замерев, срывались вниз. Беззвучно, их принимал в объятия пепел и хоронил их. И это не кровь Рееты, это её слёзы.
Ярси опустился на землю, сел, подтянув к себе ноги, и обхватил колени руками. Капли падали рядом, но ни одна из них не задела его тела.
— Я сам этого хотел? — он поднял голову, посмотрел вверх. Сквозь спутанные ветви проглядывали крохотные участки высокого звёздного неба. Его глаза закрылись сами собой. Промелькнули и рухнули в бездну кроны деревьев, отдаляясь, исчезая…. Высь, бесконечная, пока не начинает разрываться от нехватки дыхания грудь, пока не ломаются от неимоверных усилий крылья, пока не замирает слишком быстро бившееся сердце….