Стало светлее и вид долины открылся во всей здешней перспективе. Некоторые детали стали крупнее, некоторые изогнулись как на картине Дали. Это чудо пропадает, как только диск солнца отрывается от горизонта полностью. Воздух, ещё не нагретый, не шевелился.
Пятнадцать лет назад эта долина - предгорье, когда-то цветущий город-порт - стала местом большой битвы. Интересы нескольких государств континента сошлись в точке противостояния. Сошлись до такой степени , что "пусть не достаётся никому". Когда позиционная войны встала на мести, противники обмотались колючей проволокой, топтались практически в городе. Наука сработала на потребу воине. Были придуманы дирижабли, которые бросали зажигалки - ядовитый спрей распылялся над обоими сторонами. Первые подобия танков дымящий трубами, как линкоры. Первые тяжелые корабли. Ядра с кислотной начинкой, прожигающие железа толщиной в палец, за час. Метательные машины "скорпионы" на подобие римских, оптические приборы с разными нереальными способностями. Все это сошлось тут. Катастрофа была ужасной. Море ушло на несколько километров. Местами на десять километров выгорели леса. Животные погибли, некоторые приспособились, город вымер. Территория стала непригодная для жизни. Контрабандисты и искатели наживы облюбовали окрестности мертвого города. В сам город ходили только отчаянные, многие погибали - ловушки, ядовитые лужи, заполненные газом подвалы и низины. Обрушение высотных зданий лишённых металлического каркаса . Легенды и страшные ужасы оберегали этот полуостров.
Были и "хорошие" стороны - мир. Мир на десятки лет. Ужасы мертвого города заставили отказаться от применения ядовитых газов. Район полуострова патрулировали дирижабли конфедерации. Воина выжгла тут все, сделав прививку континенту. Как след от оспы .
- Но кажется одной прививкой они не обойдутся. Вся история моей земли тому пример.
Грустные мысли рождались в голове Александра при виде окраин города. Растрескавшейся высохший ил с ракушками, белыми, оранжевыми, темно фиолетовыми - это те, что попали сюда с глубины. Моря во время прошлых штормов. Редкие кустики саксаула, пугливые ящерки. Запах соли. Запах мертвого железа. Иногда ветер доносил привкус гниющих водорослей . Ракушки хрустели под берцами. Песок шипел переваливаясь. Завоевывая новые территории в низинах встречались лужи пересоленной воды, непригодные к употреблению. Не только из-за соли, но и из-за отравы, что пролилась над этими местами.
Подводная лодка на берегу с раскуроченным носом - огромная рана. Обшивка сорвана, видны внутренности "подводного хищника". Трубы для откачки и подачи воды, какие-то механизмы живучести управления. Перископ . Обрывки проводов. Кабеля. Ближе к когда-то торговому причалу огромные океанский торговый лайнер. Корпус не смог вынести земного притяжения без родной стихи и развалился. Он как сломанная гигантская игрушка, которую бросили выросшие дети. Краска, когда-то белоснежная поблекла, облупилась. Глаза окон капитанского мостика глядят печально и укоризненно. Трубы гиганта пусты и безжизненны. Печи котлов холодны.
Мусор. Всюду мусор. От огромных обломков, теперь уже не понять чего, до вполне узнаваемых: дверки шкафов с петлями, посуда, бутылки, всякий хлам, в который превращаются вещи в отсутствия хозяев.
- А тут кто-то активно мародерит.
Явно свежий след - тащили и перекатывали что-то тяжёлое и не совсем круглое.
Можно пройти тихо, но оставаться в тылу непонятных соседей, выйдет боком. И нужно торопится - время встречи приближается.
Ладно. Если серьезные ребята ковыряются в пригороде, то придется перенести встречу. Варианты отмены и переносы были оговорены, если нет - проскакиваем, авось пронесет.
"Vorsicht ist besser als Nachsicht- предварительная договоренность избавляет от упреков в дальнейшем." Вспомнились слова учителя, старого немецкого еврея, который был приставлен учить всему и вся.
Середина улицы, ведущая прямиком к цехам фабрики, была почти ощенена от мусора. Ветра вымели все легкое и унесли прочь или запихнули в места скрытые от глаз. Ржавые остовы машин, трамваи, застывшие посреди перекрестка, укрепы из мешков с землей, проволочные ежи, торчащие рогатины - говорили о боях в самом городе. Тишина. Лишь монотонный шелест песка, ссыпающийся по крупинкам в разбитые окна первых этажей. Время работало на пустыню. Пустыня поглотит в итоге тут всё. Останутся торчать трубы фабрик да целые многоэтажки.