— Сестры! Я к вам обращаюсь! — нетерпеливо окликает их знакомым голосом верховой, пристраиваясь рядом с повозкой.
— Рони! — Олив с удивлением смотрит на брата. — Почему ты здесь?
— Решил вернуться на ранчо, Оливия. В деревне не осталось ни единой живой души. Солдаты начали раздавать индейцам свои одеяла, когда некоторые части расформировали. Несколько девушек из деревни ходили к солдатам. Они и принесли в вигвамы эту болезнь! И умерли одними из первых!
— Мне искренне жаль, Рони Уолкотт! — Мэган с сочувствием смотрит в бесстрастное лицо индейца. — У тебя совсем не осталось родных, Рони?
— Остались дядя Фрэнки, Оливия и Софи! Но у Софи своя семья, ребенок!.. Отчего у моей сестренки столь горестный вид?! И по какому поводу вы, женщины, опять ссоритесь и вопите так, будто готовы выцарапать друг другу глаза?!
Оливия приподнялась в повозке, протянула руки навстречу индейцу, повисла на шее.
— Он совсем не узнает меня, Рони Уолкотт! Понимаешь?! Не узнает! Мэган, не смотри на меня осуждающе!
— Мне хочется отхлестать тебя по щекам, чтобы ты, наконец, пришла в себя, Олив! Ведь до тебя даже грубости не доходят! — негодует разъяренная Мэган.
— Почему вы обе в монашеской одежде? Как могла измениться жизнь, чтобы вы обе оказались в монастыре?! Ну, с Мэган все понятно! Ей надоел Сэмми, и она сбежала от него в Господню обитель! Под крылья к ангелам! — предположил Рони.
— Сэмми третью неделю покоится на кладбище! — Мэган благоговейно перекрестилась, словно истая католичка. — Упокой, Господи, его грешную душу! Рони, я теперь сестра Мэри!
— А бранишь меня, точно последний конюх загулявшую кобылу! — Оливия обиженно посмотрела на нее сквозь слезы.
— Ты же бесстыдно ищешь подходящего жеребца для случки! Но кобыла — животное! И никогда жеребая кобыла не станет искать производителя, Олив!
Не обращая внимания на присутствие Рони, молодые женщины вновь продолжили свой не совсем приличный спор.
— Мэган, Рони, вы так и не поняли, что Берни не узнал меня! — вновь зарыдала Оливия, обнимая Рони за шею. — Не узнал! Как он мог?! Как мог?!
— Где этот хорек?! Может, стоило бы его пристрелить?! — тут же деловито предложил индеец, встряхнув карабин и щелкая затвором.
— Он и без того на грани смерти и жизни, Рони Уолкотт! — осадила охотника Мэган. — Он в бессознательном состоянии, Рони, понимаешь?!
— Рони, ты, наверное, тоже сошел с ума?! — Оливия возмущенно отпрянула от брата. — Кто тебя просит убивать Берни Дугласа?!
— Вы обвенчались, как обещал Берни Дуглас? — Рони, наконец-то начал соображать, что произошло непредвиденное. — Мэган, ты вроде бы говоришь понятнее, объясни!
— Он еще не был на ранчо! Он в госпитале! Лежит без сознания! А эта дура Оливия притащилась в Райфл вместе с Дейзи, Зверем и двумя фургонами! В город никого не пропускают, так она попросила убежища в нашей обители сестер урсулинок! Ее приняли, а ока устроила нам скандал! Настоятельница хотела выставить ее за ворота, вместе со скарбом! Оливия тут же покаялась! Но в душе так и не повинилась! И, как всегда, ищет причину своих несчастий в других!
— Они заперли меня в келье, точно копы в тюрьме! — Оливия принялась давить на жалость Рони. — Только за то, что я хотела увидеть Берни! И еще придумали, будто я беременна! Я не могу быть беременной, Рони Уолкотт! У меня совсем нет живота!
— Зато вон какая большая стала грудь, Олив! Та самая, которую ты скрывала своими тугими повязками!.. Любишь ты переворачивать все в свою пользу, Олив! — индеец ни на йоту не поверил кузине. — Вот и сейчас опять врешь!
— Рони, ведь ты же веришь больше мне, чем Мэган?! Правда?! — Оливия смотрела на брата просительно и нежно.
— Я твердо знаю, Оливия, что от твоей правды подчас неплохо попахивает враньем!.. Но почему-то я все равно прощаю тебя!.. — Рони недовольно насупился. — Я провинился перед дядей Фрэнком! Не уберег твоей чести, Оливия!.. Но как мог я вмешиваться, когда ты так полюбила, что доверилась патрону Берни Дугласу. Ты сама шла к нему в объятия, словно кролик в пасть удава!
— На почте в Смоки-Хилл я получила плохое письмо от отца! — Оливия старательно уводила разговор с братом в другую сторону.
— Я успел побывать в Вернале! — Рони сокрушенно вздохнул. — От дома, что мистер Фрэнк Смитт строил для тебя, Оливия, остались одни щепки! Я видел их в пропасти своими глазами!
— Я так и знала! Именно поэтому ты и встревожилась, когда сэр Питер Хиддингс расспрашивал нас о Фрэнке Смитте, маленькая лгунья! — Мэган презрительно окинула Оливию холодным взглядом. — Оказывается, это твой отец мистер Фрэнк Смитт привез тебе подарки ко дню рождения, которыми ты и растопила холодное сердце Берни Дугласа!