— Представляешь, отдельный дом! Такой современный коттедж из розового кирпича, окруженный садом. Со всеми удобствами, с окнами во всю стену, с верандой. Нет, с двумя верандами — с одной и с другой стороны, такие сейчас строят в сельской местности. А хочешь, будет сруб. Да, да, настоящий деревенский сруб, так романтичнее, с резными наличниками, с певучими половицами в сенцах… Русскую печь сложим, у отца есть знакомый старичок печник, сделает по высшему классу. А на крыше обязательно конька соорудим, как у отца. Пусть себе красуется, в небо летит. Во дворе непременно колодезь выкопаем. Будем пить чистую родниковую воду. Впрочем, колодезь не обязательно, из-под крана тоже неплохая. Да и сруб тоже не обязательно — пусть уж будет коттедж. Романтика романтикой, а от современных удобств глупо отказываться. Но вот камин — это непременно… А уж свое хозяйство заведем наверняка. Семейный подряд сейчас поддерживают на всех уровнях. И у сестры есть опыт. Их ферма уже сейчас доходы дает, но им, конечно, трудно вдвоем с мужем, а когда мы присоединимся… Одно поле можно гречкой засеять — для запаха, да и в цене она сейчас. Отец с техникой подсобит, обещал. Неудобье будем на сено скашивать, а на речке запруду сделаем, карпа запустим. Нютке надо перед школой фосфору поднабраться, да и Васе не помешает. А на заработанные деньги купим пианино. У Нютки прекрасный слух, пусть учится. И видеомагнитофон сможем себе позволить. И «Жигули»… Ведь хочется же по-человечески, по-нормальному…
Нет, теперь она пойдет другим путем. Теперь…
Ольга подошла к окну и смотрела, как Шурочка Зотова выводит Нюткину группу на экскурсию по местам боевой славы. Дети идут парами дисциплинированно, взявшись за руки. Нютка — последняя, в паре с Александрой, дочкой Шурочки. Так ее пожелал назвать отец. Своих «Алексашек» он обожает. Нютка и Саша самые маленькие и самые тихие в группе, потому, наверно, и сдружились. Обе в одинаковых пальтишках мышиного цвета, закутанные по самые глаза, нахохлившиеся, кругленькие, словно два клубочка серой шерсти.
Уже выйдя за калитку, Нютка вдруг обернулась и, увидев в окне мать, заулыбалась, лихо подмигнув ей обоими глазами сразу. По-отцовски — он тоже не умеет прищуривать по одному глазу, только вместе.
«Потерпи, доченька, скоро не будешь кутаться, — мысленно пообещала Ольга Нютке, улыбаясь в ответ. — Теперь уж совсем скоро…»
«Пора тоже вести детей на прогулку, — решила Ольга. — Заодно зайду в кабинет врача, за справкой. Да простит меня бог, что я своего ребенка в это вовлекаю. В конце концов, для ее же блага!.. И Василий поймет… Ну, не хочешь в Харьков, поедем в Запорожье. Или в другой какой город… Вон подруга пишет из Припяти: „Приезжайте, город у нас большой, всем дело найдется“. Весной бы и поехали…
Что ж, новый. 1986-й начинался вполне удачно…
Новогодняя ночь в Афинах
Шилов, Михаил Семенович, инженер, возраст и рост — средние, семейное положение — обычное. Жена, двое детей, одна любовница. Жизнь — без взлетов, по налаженной схеме: работа — дом — работа. Летом — приусадебный участок, сады-огороды. Все.
И тем не менее Шилов считал себя везучим. Не то, чтобы удача преследовала его, как ревнивая супруга, — нет. Но все же из виду не упускала.
Взять хотя бы с этой поездкой. Греция, страна античной культуры, родина Гомера. Платон и Аристофан, храм Геры, святилища богов и прочие архитектурные шедевры Древней Эллады. Кто не заплатит восемьсот рэ с профсоюзной скидкой?
А что такое три путевки на отдел? Все равно что три куска на весь проект — тьфу, и говорить не о чем. Шилов, конечно, не думал и не надеялся. В жеребьевке участвовал не столько из-за путевки, сколько из-за Симочки, она все это организовывала, резала квадратами ватман, плюсы-минусы рисовала, за шапкой в гардероб бегала.
Шилов одним из последних запустил руку в шапку и, глядя в Симочкины голубые глаза, вытянул плюс — ну надо же!
"Хорошие у вас глаза, Симочка, — вынужден был признать после жеребьевки. — Если бы не они…"
Но самое приятное то, что и Симочке достался плюс. Случай не так уж слеп, как принято считать: он видит, кто достоин.
А насчет Симочки двух мнений нет. Это же Симочка, настоящая женщина, а не конь в юбке, каких навалом в их объединении. Целый табун — стекла дрожат от топота копыт. "Ну че, Шилов-Мылов, опять стреляешь? Трояк до аванса?" А когда настроение лирическое, то так: "Ну че, Шилов, курнем на пару?"
А Симочка… Нет, вообще-то женщина — это балласт в любом производстве. Но такие, как Симочка, в структуре их объединения необходимы: всякое предприятие должно, как известно, состоять из умных мужчин (мозговой центр) и красивых женщин (питательная среда для этого центра, этакая "чашка Петри"). Тогда научный прогресс быстро поскачет в гору. Деловые качества для "чашки Петри" не строго обязательны, хотя Симочке их не занимать.