А что до совпадений… Нет, глупость все, чушь.
Разве можно всерьез утверждать, что случайное столкновение Володиной машины с другой и неподписанная характеристика Нефертити как-то взаимно связаны? Абсурд, разумеется. Мироновой-старшей на международном конгрессе, бок о бок с иностранцами, просто нельзя было работать: мало ли, что она там выкинет! Поэтому Полина, посоветовавшись с деканом, не подписала ее характеристику. Решили так: Зоя пусть работает на самом конгрессе, а Таня — по его обслуживанию. Тоже почетно, считают студенты, а то, что Нефертити хотела именно на конгрессе, и именно с сестрой, то — хотеть не вредно. И никакой связи нет с тем, что Володя в тот вечер собрался к приятелю на своем "Москвиче". Обычно он на метро к нему ездит, всего две остановки. Но Дашка опаздывала на занятия в секции, и Володя решил ее подбросить. Все это — в какие-то минуты: Дашка уже стояла у лифта, Володя увидел и крикнул: "Давай подвезу! Я мимо еду". Дорога скользкая, такси занесло на повороте, вот и… Володя и его "Москвич" не сильно пострадали, а Дашку пришлось в Филатовскую везти, шов накладывать. Хорошо, что глаз цел, только бровь рассечена…
И то, что сейчас, на картошке, Полина оказалась вместе с сестрами Мироновыми — тоже игра случая: должен был ехать другой курс…
… — Так почему не спится, Таня?
— Вам и впрямь интересно? — с вялой иронией спросила Нефертити. — Ну, в расстройстве я. Не то душа, не то желудок.
— Тогда зайдите в санчасть, попросите что-нибудь… сердечное.
Ответная улыбка Нефертити показала, что мир восстановлен.
— Идите спать, Таня, хорошо? — осторожно коснулась ее плеча Полина. — До завтра!
— Спокойной ночи, Полина Васильевна.
"Боже, если бы ты знала, как мы с тобой похожи! — подумала Полина, провожая ее взглядом. — Я тоже не знаю, куда деваться со своей любовью!"…
…Приблизительно в это время и приблизительно в этих же краях Полина сказала Володе, что согласна стать его женой. И он был так счастлив. А через несколько лет…
Кто-то пытался определить возраст любви. Интересно, что у него получилось? "Заведи и себе романчик — сразу все образуется…" — посоветовала Полине ее старшая сестра.
Когда муж ни с того ни с чего стал ревновать Полину к каждому встречному, она подумала: "Может, и права сестра? Хоть будет ради чего терпеть его оскорбления". Но…
Нет, ни во что сверхъестественное она не верила, а вот в наказание почему-то уверовала свято. Случится что-то в семье — простудится ли Дашка, Володя, отвергнут у мужа в очередной раз его перевод, еще какая-нибудь неприятность — Полина рассматривала это как кару ей, хранительнице очага, за какое-то ее неприглядное действо.
Много лет назад был случай, в начале их совместной с Володей жизни. Дашке едва исполнился год, и они отправили ее на весну и лето к Полининым родителям — сельский воздух, степное солнце, фрукты и прочие прелести юга. Полина сдавала весеннюю сессию, и муж вызвался отвезти дочь сам. Проводив их, Полина решила немного пройтись пешком подышать воздухом, весной, распускающимися почками. И вот тут, на пути с вокзала, столкнулась со своим другом детства, односельчанином, с которым вместе росли и ради которого поступала в московский вуз — он-то уже учился в столице. Предложил проводить. Полина согласилась: что ж тут такого? Ведь все давно перегорело и забылось. Юношеская любовь почти у всех бывает неудачной. Но пока шли к ее дому, разговаривая ни о чем, Полина поняла, что забылось не все — сердце замирало и проваливалось при каждом его случайном прикосновении. "Вот дура! — ругала себя. — Он же мне совершенно чужой! Я люблю Володю, только его. И никто мне больше не нужен. Только он и Дашка".
У двери она подала ему руку, а он неожиданно привлек ее к себе, поцеловал в плотно сжатые губы… Ей как-то удалось оттолкнуть его, запереться в своей пустой квартире. Он долго стучал, просил открыть. На следующий день его беспрерывные звонки не давали заняться делом, лишали воли, покоя, твердого намерения — не отвечать. А когда звонки прекратились, Полина вдруг поняла, что не сможет дальше жить, если не услышит его голос: подошла к телефону и, повернув к стенке их семейную фотографию — она, Володя и Дашка, — собралась набрать запретный номер. И в тот момент, когда протянула руку и уже дотронулась до трубки, раздался звонок междугородной. В тот самый момент!