– Человеческие девицы - самые глупые создания на свете, - эльф тем временем плавно встает на ноги, убирая с лица прилипшие пряди темных, практически черных волос, доходящих ему, наверно, до середины спины, и смотрит на нее сверху вниз. Правда, недолго. Когда Мелисанта поднимается следом, пошатываясь, парень оказывается ростом едва ли выше нее. А в книгах сказано, что древние зачастую бывают рослее людей. Или эльф эльфу рознь? - Зачем сразу в воду сигать? Тебя что, возлюбленный бросил?
– Подожди-подожди, - Мелисанта давит нервный смешок. Оцепенение с нее моментально спадает. Серьезно? Это так со стороны выглядит? На миг ведьма тушуется - мраков спаситель не так-уж далек от истины в своих суждениях, - но прошло достаточно времени, чтобы старый рубец на сердце больше не ныл, - ты решил, что я утопиться хотела?
– А разве нет? - он вздергивает бровь, разводя руки в стороны. Белая рубаха липнет к покатым плечам, рельефной груди и животу, очерчивая поджарое, но явно гибкое тело. С внушительными фигурами рыцарей замка не сравнить, но что-то ей подсказывало, что чужак вряд ли уступает им в силе. Почему ростом тогда не вышел? Полукровка? - Прицепила к себе камень, прыгнула в воду и пускала пузыри, пока я тебя…
– Да кто тебя просил!? - ведьма отгоняет прочь размышления, переводит взгляд на гладь озера, глуша в себе желание по-звериному взвыть от досады, а потом снова впивается им в лицо непрошенного спасителя. Эльф, опешив, даже отступает на полшага назад, когда она тыкает в него пальцем. - Я месяц - целый месяц! - ждала, когда расцветет этот цветок! А ты просто взял - и лишил меня возможности его сорвать!
– Я… - он, замявшись, сглатывает. Смотрит теперь иначе, заглядывая прямо в глаза, и внимательно изучает ее лицо. Лунный свет серебрит капельки воды на его бледной коже и длинных ресницах. Мелисанта подумывает смутиться от столь пристального внимания, но ярость оказывается сильнее, – не признал в тебе ведьму.
– О, правда? - саркастически бросает она, гневно раздувая крылья носа. - Я это за комплимент счесть должна?
Не дожидаясь ответа, Мелисанта разворачивается, кажется, саданув его длинными волосами по щеке, и, грузно топая, направляется к иве. Расправляет свернутое платье, надевает туфли и, натянув одежду на мокрую сорочку, спешит домой, застегивая на ходу поясную сумку
Когда она удаляется от озера, эльф все еще стоит на причале. Разутый, он выливает из сапога воду под издевательское, не иначе, кваканье лягушек. Мелисанта чувствует себя чуточку отомщенной, глядя на его закутанную в мокрый плащ фигуру. Увидел, вытащил из озера, даже не спросив хочет ли она того, а потом еще и оскорблять пытался. Что бы этот ушастый ни забыл в их краю, ведьма надеялась, что они больше не встретятся.
1.2 Непрошенное вмешательство
В доме пахнет смородиной и лавандой. Ненавязчивый, легкий аромат с толикой кислинки щекочет нос, окутывая её жаром протопленной кухни. Малисанта аккуратно закрывает за собой дверь с запотевшим витражным стеклом и поворачивает ключ в замке.
Наставница стоит за столом-островом с закатанными до локтей рукавами рубахи и сосредоточенно напевает что-то под треск поленьев в печке. Её каштановые волосы, отливающие медью, аккуратно зачесаны назад и заплетены в толстую косу. Поверх сарафана накинут передник, чистый, но с неотмытными пятнами от былого жира, сажи и масла. И весь её вид - домашний, слегка растрепанный и занятой, - заставляет Мелисанту невольно улыбнуться.
– Я вернулась, Мора, - произносит девушка.
Наставница смолкает, отрывается от пышного теста, щедро посыпанного мукой, и выпрямляется, поворачиваясь к ней. Темно-зеленые глаза, в желто-оранжевых бликах очага искрящиеся янтарем, осматривают Мелисанту с макушки до пят.
– Не вижу радости на лице, - старшая ведьма покачивает головой и старается сдержать добрую усмешку, но ученица замечает приподнятые уголки губ. - Глубоцвет оказался слишком глубоко?