Мелисанта вздыхает. Разговор с Тислом по поводу ремесла был не первым и, скорее всего, не последним. Раньше этим занималась Мора. Не смотря на то, что ведьма воспитывала ее с младенчества, девушке не сразу удалось убедить наставницу взять ее в ученицы. От этого поступок Мелисанты, когда после десяти лет обучения ведовству она едва не сбежала из дома, забыв обо всем, кажется ужасающе постыдным. Мора, конечно, никогда не говорила, что разочарована, но от собственных мыслей и чувства величайшего провала не спрячешься.
Она задумчиво листает страницы, подперев щеку ладонью. С тех пор прошло пять лет, и старая рана затянулась, пусть иногда и скреблась где-то там, под сердцем. Сейчас у нее другие заботы. Ковен проводит ритуал Посвящения всего один раз в год, в Ночь Завесы. Лишь в миг, когда истончаются границы между мирами, ученица может обрести фамильяра и стать полноценной ведьмой. Но и это еще не все. Сама Ночь Завесы - последняя ступенька, а до этого нужно заслужить уважение сестер и показать свои умения. Мелисанта уверена, что на вопросы от верховных ведьм она ответит и даже редкий ингредиент в дар Ковену приподнесет. Осталось последнее испытание - зелье, чьи свойства она должна улучшить. Для сбора глубоцвета остался последний шанс - в следующее полнолуние. Потом магический цветок уйдет в зимнюю спячку. До Ночи Завесы осталось всего ничего. Новый рецепт она просто не успеет составить.
После теплой ванны и вкусного ужина с чаем ее разморило, но тревожные мысли о предстоящем ритуале мешают расслабиться. Мелисанта некоторое время сидит у бюро, постукивая пальцами по лакированной столешнице. Раз она все равно не спит, стоит спуститься и заняться приготовлением еды. Мора вчера замесила тесто. Можно испечь хлеб на завтрак и какие-нибудь булочки к полуденному чаю.
– Не спится, - мягко утверждает Мора. Под тихий перестук деревянных спиц её руки порхают над вязанием, превращая бордовый клубок ниток в аккуратные петельки для будущей одежды. Наставница упоминала, что хочет новый сонтанг к наступлению холодов.
– Хочу приготовить завтрак, - Мелисанта подходит ближе к камину. На блестящих досках паркета пляшут, ведомые пламенем, тени домашней утвари. В воздухе застыл аромат раскаленных углей, нагретой земли и трав - среди дров наверняка затесались ветви можжевельника. - Печь стоит растопить заранее.
– Тогда тебе придется накрывать стол на четверых, - Мора поднимает голову, заглядывая ей в глаза. - У нас будет гость.
– Мы с ним знакомы? - заинтересованно спрашивает девушка.
– И да, и нет, - Мелисанта качает головой. Ох уж эта странная привычка старшей ведьмы говорить загадками!
Решив, что дальнейшие расспросы ни к чему не приведут, она идет на кухню. Каменная печь на ощупь теплая, местами даже горячая. Мелисанта отодвигает заслонку нижнего яруса и складывает на тлеющие угли несколько крепких поленьев, а под них - щепку, прошлогоднюю солому и клочок старой ткани, вымоченной в смоле. Огонь разгорается быстро, жадно сморщивает трепу и лижет кору, довольно потрескивая.
– Не сожги, да взрасти, - привычно шепчет ведьма, посыпая яркие языки пламени перемолотой солью с полынью. Очень простенький заговор, который она проделывала, подсмотрев у наставницы. Впрочем, та пользовалась благословением нечасто, а Мелисанта… А у Мелисанты без него хлеб всегда получался черствым и обгорелым. Но сегодня прибудет гость, поэтому нужно хорошо себя проявить. Вдруг Мора пригласила в дом ведьму или ведьмака из Ковена?
Отогнув краешек тонкого льняного полотенца, ведьма довольно улыбается - тесто достаточно отдохнуло и заметно поднялось, почти достав до края миски. Мелисанта оставляет его в покое и занимается подготовкой к разделке: щедро протирает стол мукой, потом достает заготовленную смесь из семян подсолнечника и тыквы. Девушка мнет руками будущий хлеб, делает продольный надрез, посыпает семечками и, смазав маслом дно и стенки крока, кладет туда тесто, закрывая крышку.
Пока печь нагревается, она выходит из кухни через заднюю дверь и чертыхается под нос, едва не налетев на несколько толстых поленьев, скатившихся с дровника. Дровосек привез их с неделю назад, но вот разрубить будущие дрова Мелисанта не успела, вернее, не особо хотела. После колки болели спина и плечи, а дел по дому и в созревшем огороде и без того немерено, не считая составление зелий на заказ и заготовку ингредиентов.