– А тебя никто не спрашивал! – неожиданно вскрикнула она, хотя казалась до этого очень спокойной.
– Да я даже знаю, что ты спросишь дальше, – парировал он, и, казалось, не обращал внимания на негодование, – про подвеску.
Какая ещё подвеска? Может, всё таки я что-то украла? Я посмотрела на женщину в красивом платье, пытаясь понять, о чем она думает.
Она хмыкнула и, как будто назло этому мужчине, достала из кармана кулон в виде позолоченного сердца. Как только я посмотрела на него, то в моей голове словно вспыхнуло воспоминание.
Это был огромный зал с множеством зеркал, в котором отражались танцующие пары.
Я стояла в сторонке, от скуки рассматривая наряды. Ничего не меняется: кто-то безумно элегантен, а кто-то выбрал безвкусицу, хотя, подозреваю, денег отдал прилично за такую тряпочку.
– Прекрасно выглядишь, – послышалось сзади.
Я вздрогнула от неожиданности и обернулась, узнав Влада.
Безупречен в костюме от Прада. И как всегда холоден.
– Всё-таки надела? – Влад кивнул в сторону кулона у меня на шее, – Красивый. Кажется, что неброский, но подчёркивает твой вкус.
Я поблагодарила его, подавив желание опустить глаза. Не хотела, чтобы Влад думал, что ему удастся смутить меня.
По залу разнеслась нежная ритмичная музыка. Я и не заметила, как музыканты вернулись с перерыва.
– Вальс? – лениво спросил Влад.
– Да. Похоже.
– Мне кажется, кто-то недавно обещал показать, как умеет танцевать.
Он подал руку, как положено по этикету. Я благосклонно кивнула, чувствуя частое биение сердца. Только бы не услышал в танце.
Странное какое-то вальсирование у Влада: слишком кошачье, чувственное, интимное. Так танцевать не принято. А я, всегда зажатая в условностях, не понимаю, что он хочет.
– Действительно, хорошо танцуешь, – небрежно сказал Влад, – но я люблю более душевные танцы.
– Например?
– Я покажу тебе как-нибудь, – он провёл рукой по моей обнажённой спине.
Ох, не надо было выбирать такое открытое платье. И всё, что происходило, было ужасно неприлично.
Но моё тело, похоже, думало иначе. По всему позвоночнику пробежал холодок от прикосновения, подаривший приятные ощущения.
А почему бы не поддаться душевному порыву хоть раз в жизни? Тебе ведь нравится этот мужчина, и хочется попробовать что-то новое в своей жизни. Ну же, Лера, давай, действуй.
Я глубоко вздохнула, прислушиваясь к каждому движению. И, наверное, впервые в жизни мне удалось почувствовать полное слияние в танце. Мои обманчиво-мягкие шаги стали продолжением его шагов, до этого момента непонятные фигуры стали моими. Я каждой клеточкой ощущала импульс его тела, делясь своей нежно-чувственной энергетикой.
– Просто удивительно…– сказал Влад, как-то странно посмотрев на меня, когда музыка оборвалась.
Неужели я смогла удивить этого мужчину?! Похоже, это маленькая победа. Ещё немного, и я перестану ощущать себя рядом с ним, как лисица, на которую идёт охота. Но радоваться пришлось недолго.
Я поймала на себе взгляд изящной темноволосой женщины в зелёном платье. Нехороший взгляд. Угрожающий.
– Влад, она смотрит на нас.
–Что ж, значит нам пора, - он галантно подал мне руку.
В висках нестерпимо застучало, свет стал слишком резким, и я прикрыла глаза.
– Лера, тебе плохо?! – услышала я голос женщины.
Я хотела ответить, что не очень, но почувствовала на губах что-то теплое, с запахом железа.
– У нее кровь идёт! – воскликнул мужчина, которого, как я теперь знала, звали Влад – принеси лёд! Где тут в этой квартире холодильник?!
Послышалось шуршание юбки, которое удалялось.
– Лера!
Я почувствовала, как меня уверенно взяли за плечи, и я с трудом открыла глаза.
– Надо отсюда бежать, слышишь?!
Взгляд у Влада уже не был таким томным, каким казался буквально несколько минут назад.
– Как? Я не могу…
– Тогда все будет очень плохо. Соберись.
Я кивнула, решившись на авантюру. Какой, собственно, у меня был выбор: довериться человеку, который, судя по моему небольшому воспоминанию, ничего плохого мне не сделал. Или сидеть рядом с красивой женщиной, которая меня здесь заперла, и, опять же исходя из моих воспоминаний, не очень дружелюбно ко мне относилась.
Женщина вернулась, неся с собой пакет льда. Поблагодарив, я положила его на переносицу.
От холода стало легче, и кровь остановилась. Головная боль притупилась. Так странно, что эту женщину я помню, а вот имя – нет. И почему именно кулон вызвал во мне эти воспоминания.