Таким образом, Гаврюша, учась в колледже, протирал штаны не напрасно. Он усвоил многие науки и многое понимал. Он понимал, что этот гомосапиенс – человек мыслящий, сам по себе совершенно затурканный, может иногда обескуражить. И часто это бывает при его последних часах жизни. Плохо, когда человек уже на одре лежит и в нём зов забытой веры просыпается. Тут он, возьми и перед самым отданием концов и перекрестись. После этого – пиши – всё пропало; сколько сил потрачено и всё зря. Тут, жди взбучки и понижения в должности и разряде. А если умирающий и попа умудрится пригласить – так совсем кранты, потому как тут без покаяния или исповеди, а то и причастия совсем не обойдётся, а там ещё и целование этого мерзкого креста будет, которого все лешаки за полверсты оббегают.
В общем, после такого казуса прибежишь на разборку и стоишь, поджав хвост, опустив рожки и даже не хрюкаешь, а ждёшь заслуженного шлепка. От одного такого промаха от работы не отстранят, а если два или три, то какой же уважающий себя ведун с тобой захочет работать? А вырасти в должности,.. ох как хочется. Вы даже себе этого не представляете, как это здорово: идёт торжественная в аду перекличка на страстную неделю, когда по имени называется каждый лешак с перечислением заслуг и званий. Ну, например, говорят так, и это громким голосом, в сопровождении особой музыки: «Леший высшего класса, генерал от мракобесия, начальник третьей когорты, имеющий так же названия, согласно мест боевой славы: «сердечный», «тюремный», «партийный», «депутатский», награждённый орденом «Бесславия» 1-ой степени», орденом «Поражения» третьей степени, а так же медалями за храбрость и преданность идеалам разврата, пьянства, сребролюбия и воровства.»
Звучит! Правда!? Тут уж у кого хочешь дух перехватит. Особенно если вывесят на «Доску Почёта». «Доска Почёта» – это особый кайф, это значит запечатлеть своё имя в вечности. Читаем же мы на «Доске Почёта» про таких великих бесов, прославившихся ещё аж три века назад. «Доска Почёта» так и называется: «Почётная Доска Великих». Тут тебе и гении из бесов времён Огненного переворота в стране Рыжего заката и Полуденного Недовольчества. Вообще Полуденная страна дала целый сонм великих. Это относится и к Осенней вахканалии, и к Пляске с саблями, Переделке Вогнутого, Елового переворота и безвременья Обречённых на Богатство, сокращённо «БОБ», в простобесовье – «БОБы».
Вот было время, так время! Жаль Гаврюша поздновато родился, тогда, старые лешаки рассказывают, лешаческих лапок не хватало; без высшего образования, сразу после гимназии такой пост можно было оторвать, что голова закружится. Только всё прошло, жди теперь. Пока Дорожный из власти в Полуденной не уйдёт, о перевороте даже мечтать нечего. Конечно, тогда закрутили здорово. Только без людей всё равно не осилили бы.
Не надо тянуть одеяло только к хрюкалу, есть и среди людей наши, которые славно трудятся на лешаковском поприще, которые уже при жизни удостоены высших бесовских наград и званий. Эти люди подчас и ведать не ведают, кому служили, а ведь по нашим меркам – герои, и даже не колдуны совсем, а таких высот и у нас, и в людском мире достигли, просто завидно. Только умер такой человек – ему от Смрадного, то есть, от Его Грехопадения, сразу орденов целый бант, звание не ниже полковника и в подчинение легион бесов. Где ж справедливость? Тут с вечера до утра трудишься не покладая копыт и хоть бы взглянули благосклонно, а там: на земле жил – как сыр в масле катался, а откинулся – ему и тут лафа.
Таких командиров, из откинувшихся, рядовые лешачки не любят. Они их промеж себя диссидентами зовут. Один, лысый, на лешаческом сленге «Плешивый», как оттуда пришёл, так ему сразу ни больше ни меньше генерала дали и тысячу лешаков в подчинение, всяких званий кучу. Хотя, этот Плешивый по картотеке даже колдуном не числился. И за что он от Смрадного такой милости удосужился? Непонятно. В общем, и лешаческих академий не оканчивал, а эвон как! Где же тут справедливость? Только против Смрадного кто чего скажет? Лешаки его все боятся. Гаврюша, правда, его ни разу не видел. Только знает, когда начальники бесовские к нему на приём идут, то чуть ли со страху не крестятся. Так вот Смрадный этому Плешивому – раз… и генеральские эполеты.