"Меня сейчас стошнит!" - подумал он.
Он отшатнулся и мог только молиться, чтобы изображения в окнах не были основаны на реальных событиях...
Он заметил несколько небольших ящиков в верхней части, поэтому он порылся в них, с удовольствием обнаружив небольшой пятизарядный револьвер с надписью на боку Ремингтон-Билз, модель 1-.31. Он был заряжен, поэтому он сунул его в карман. Эверард был против любого частного владения пистолетом... до сих пор.
"Не повредит иметь его", - подумал он.
Затем он нашел несколько пожелтевших конвертов, несколько чернильниц и ручек и рулон марок того дня. Затем...
В одном ящике был просто кусок пергаментной бумаги, свернутый в трубочку. Эверард развернул его на столе и уставился на него с напряженным любопытством. Витиеватый почерк смотрел на него, как насмешливая загадка:
ЦЕНТАГОН: 100-сторонний многогранник - ИН
ЭННЕХЕДРОН: 9-сторонний многогранник - ВД
ДЕКАГОН: 10-сторонний многогранник - ДЧ
ГЕКСАКОСИГЕКСАКОНТАГЕКСАГОН: 666-сторонний многогранник - ВЫХОД
"Еще больше хреновых вещей..."
Эверард не был любителем геометрии, но в этом списке явно упоминались камни, похожие на СИЯЮЩИЙ ТРАПЕЦОЭДР. Но какой цели они служили? Были ли они похожи на СИЯЮЩИЙ ТРАПЕЦОЭДР тем, что вызывали сущности из Потустороннего мира? Показывали ли они другие измерения, если на них смотреть?
"А эти буквы в конце каждой строки? - задавался он вопросом. - Что они означают? А затем, в конце последней строки, слово "выход"? - Эверард пожал плечами. - Думаю, мне просто придется найти ГЕКСАКОСИГЕКСАКОНТАГЕКСАГОН, чтобы узнать, черт возьми!"
Он положил сверток в карман и продолжил рыться. Показался еще один ящик...
"Что у нас тут?"
Он вытащил конверт с адресом "ВЕСТНИК ПРОВИДЕНСА", 619 Комстоук-роуд. В правом верхнем углу была двухцентовая марка с изображением нарезного минитмена и почтовый штемпель с датой 1851. В левом верхнем углу было нацарапано имя Дж. Ланаган и адрес в Ист-Провиденсе.
"Ланаган, - он перебирал в уме это имя. - Ланаган... Конечно, в "Призраке тьмы" Лиллибридж ссылается на фотографа по имени Ланаган, который, очевидно, сделал снимок церкви в 1851 году. Кто-то из прихожан, должно быть, каким-то образом стащил этот конверт, возможно, почтовый служащий".
Эверард открыл конверт и вытащил стопку фотографий размером четыре на три. Это были не дагерротипы, а более популярные калотипы на бумажной подложке. Самая первая фотография показывала церковь в гораздо более величественном состоянии, чем сейчас: никаких заляпанных грязью внешних кирпичных стен, никаких разбитых окон, никаких упавших минаретов или обрушенных контрфорсов. Кто-то написал на обороте: "Звездная Мудрость", 1851 год. За этим последовало еще больше фотографий: внутренние снимки и разные прихожане: женщины в чепцах и турнюрах, а также мужчины в модных тогда длиннополых пиджаках и высоких воротниках. Следующие фотографии были сделаны с бóльшего расстояния, из всех возможных мест, в лесу, как будто Ланаган изо всех сил старался сделать фотографии, оставаясь незамеченным. Члены Церкви Звездной Мудрости в мантиях и капюшонах суетились вокруг какого-то каменного алтаря. Один из них правил длинный нож, другой разводил огонь под приподнятой железной клеткой; Эверард не мог определить по дыму, и он надеялся, что его глаза обманывают его, но, похоже, в клетке была какая-то фигура - человеческая фигура.
Затем последовала последняя фотография, от которой Эверард потерял сознание и грохнулся на пол.
На этой еще одна фигура в мантии и капюшоне, казалось, присматривала за несколькими кипящими котлами, а на алтаре теперь было установлено несколько предметов: еще больше многогранных драгоценных камней, самый маленький был размером с лимон, самый большой - размером с искривленный баскетбольный мяч. Их там было, должно быть, около дюжины, и все они сидели в асимметричных ярких металлических ящиках, похожих на тот, что был у СИЯЮЩЕГО ТРАПЕЦОЭДРА.