Эверард вздрогнул.
Наконец, старый выцветший знак возвестил НОВУЮ ЗЕЛеНУЮ ЦЕРКОВЬ, когда дорога развернулась в широкий круг. Но любая "зелень", которая могла существовать здесь в прошлом, давно сменилась побуревшей кустарниковой травой и тонкими веточками вместо деревьев.
В мутном, темнеющем небе Эверард заметил несколько церковных шпилей, стоящих на разном расстоянии, несколько с отверстиями для циферблатов, еще несколько с колокольнями, в которых не было колоколов. Но здесь, в более близкой церкви, шпиль указывал вверх сквозь морской туман, показывая циферблат без часовой или минутной стрелки и странные конфигурации, описывающие циферблат. Были ли это астрологические символы? Теперь, приблизившись, он увидел, что тело церкви, казалось, наполовину погружено в землю; другими словами, так что к нефу и скамьям можно было добраться, спустившись по короткому лестничному пролету, а окна были больше похожи на окна подвала на уровне колен, если бы кто-то стоял на земле снаружи. Каждое окно было длинным, узким прямоугольником, и большинство, казалось, было заполнено неясно движущимися завитками оранжевого света. Также, почти неслышно, Эверард услышал или подумал, что услышал очень низкие, субоктавные басовые ноты, как у органа.
"Ну, вот оно, - подумал Эверард. - Как мне попасть внутрь?"
Затем он услышал стук из-за церкви и заметил сгорбленного человека, тащившего наружу несколько мусорных баков; их было довольно много. Эверард присмотрелся. Затем мужчина взял первый бак и потащил его дальше за здание, так что он, казалось, исчез. Звук металлического бака, царапавшего старый асфальт, был более чем очевиден. Вот тогда Эверард сделал еще несколько шагов и вытянул шею за церковью. Неподалеку стояла мусоросжигательная печь, из трубы которой щедро хлестало. Сгорбленный служитель распахнул железный люк и начал бросать в огонь тюки с мусором.
"Вот мой шанс", - рассуждал Эверард, и с несвойственной ему бравадой он обошел ближайшие мусорные баки в поисках задней двери церкви.
Но один случайный взгляд вниз на один из баков заставил его покачнуться и чуть не вырвать.
В мерцающем свете его глаза сначала обнаружили части тела - части человеческого тела - лежащие среди мусора, как будто брошенные туда: отрубленные руки и ноги, предплечья, бедра и тому подобное. Казалось, это были конечности молодых людей; на самом деле, одна из таких отрубленных голов принадлежала белокурой девушке с мертвыми глазами, которой еще не исполнилось и двадцати.
"Черт возьми!" - подумал Эверард.
Он знал, что самое мудрое - бежать, но что-то - какой-то извращенец в его психике - помешало такому бегству, оставив его беспомощным смотреть вниз на следующий бак.
"Нет, нет, нет..."
Эверард слепо пошатнулся от бака, давясь и нащупывая заднюю дверь. Пот лился по его лицу. Не могло быть никаких сомнений относительно того, что он увидел: куча по крайней мере дюжины отрубленных молодых голов...
Он чуть не потерял равновесие, войдя в церковь через заднюю дверь.
"Боже мой, что я здесь делаю?"
Почти неосвещенный коридор вел к какому-то входу, окрашенному более слабым оранжевым светом. Он знал, что для него безумие входить в эту церковь, но он также знал, что другого выбора нет. Весь сценарий был безумным; это было невозможно, но вот он здесь, стоит посреди невозможности.
"Просто ищи многогранник", - слова из ниоткуда, казалось, вбивались ему в голову.
Но никто не мог сказать, что он вообще будет здесь. Что же ему тогда делать? Обыскать весь город?
Он прокрался за угол в более яркий клин света и мельком увидел длинный фланг пустых скамей. Прямо рядом с ним стояла изъеденная червями книжная полка, на которой красовались греческий "Некрономикон" и древнегерманский экземпляр "Тайны Червя".
"Черт возьми, это дерьмо настоящее..."
Но он не хотел видеть, какие еще запретные фолианты таились на полке. Вверх по нефу и к алтарю две фигуры в оранжево-красных одеждах передавали друг другу прозрачный кубок, каждый делая глоток. Очевидно, самое нечестивое причастие: кубок был полон того, что могло быть только кровью. Эверард знал, что жрецы - служители Эзотерического Ордена Дагона... Как и в истории, у пары надзирателей на головах были странно асимметричные тиары, выкованные из чего-то еще более великолепного, чем золото, и украшенные сверкающими драгоценными камнями, цвет которых не поддавался здравому описанию. Алтарь был накрыт прозрачной черной тканью с серебряной бахромой, а на ней был вышит ряд загадочных иероглифов и жутких изображений смутно щупальцеобразных монстров, имеющих лишь самые крайние приближения к человеческой физичности. Головы существ были тошнотворны даже при моргании, как огромные воспаленные карбункулы, в центре которых были зияющие отверстия, которые могли быть гнездами для огромных студенистых глаз. Эверард чуть не застонал вслух: