— Сына, к тебе пришли.
Гитара смолкла. Из-за двери послышалось мягкое: «Заходите».
Она толкнула дверь, напоследок сказала:
— Вы уж извините. Там такой… сынарник. Перед людьми стыдно.
Ирка кивнула, пробормотала:
— Так даже лучше. — И вошла.
ХОЗЯЙКА ЛЕСНОЙ ТРОПЫ. Часть II
***
Славик встретил её, вальяжно развалившись в офисном кресле. В руках гитара, за спиной, на двух мониторах компьютера, какая-то музыкальная программа. Это Ирка поняла по характерным линиям звуковых дорожек.
Годы (и лечение в психушке, ехидно отметила Ирка) явно пошли ему на пользу. Тощий задрот из старого видео раздался в плечах, окреп и как будто даже похорошел. Разве что продолжал одеваться в чёрные растянутые футболки и не остриг этот свой дурацкий хвостик. Длинных волос у парней Ирка не любила.
— Вас, значит, мама пригласила? — с усмешкой спросил Славик. Ирка так и не решила, относится это «вас» к ней одной или и к Дориану тоже. Решила на всякий случай подстраховаться, кивнула, представилась, сказала:
— Можно на ты. — И протянула Славику руку для рукопожатия. Тот удивлённо вскинул брови, изобразил некий галантный жест, склонился, насколько мог, и поцеловал кончики Иркиных пальцев. По Иркиному телу пробежала лёгкая приятная дрожь. Руку ей последний раз целовали примерно… Примерно никогда.
— Извини, девушкам руки не пожимаю.
Повисла неловкая пауза.
Дориан, будто что-то почувствовал (а может, всё сам понял), подошёл к парню и доверчиво положил голову ему на колени, глядя прямо в глаза.
— Это у тебя кто? Ирландец? Вроде морда похожая.
Ирка с трудом удержалась, чтобы ответить: «Двортерьер».
— Адская гончая, кто же ещё?
Дориан недовольно заворчал. Ирка поняла, что ляпнула какую-то глупость, поспешила оправдаться.
— Это я так шучу.
— Да я понял, — отозвался Славик. — Слушай, я туплю. Даже не предложил тебе сесть. — Он махнул рукой на кровать, застеленную старым гобеленовым покрывалом. Когда Ирка присела на краешек, пружину грустно скрипнули под её весом. Славик отвёл взгляд.
— Мама всё хочет тут ремонт устроить.
— Но ты пока не сдаёшься?
— Не сдаюсь. У неё там чисто всё, как в операционной. Аж блевать тянет. — Славик потрепал пса между ушами.
Комната, в которой они сидели, и впрямь заслуживала звания «сынарник». Она была такой крохотной, что в ней с трудом помещались два человека и собака, стиснутые гардеробом с оторванной дверцей с одной стороны и нелепым компьютерным столом, какие были в моде в нулевые, с другой. Обои пожелтели от времени и повытерлись. Над кроватью (тут Ирке пришлось повернуться) поверх двух постеров с незнакомыми мужиками в кожанках висела гитара, разрисованная маркером.
— Она всё время хочет сделать мне как лучше, — продолжил Славик. Ирка не сразу поняла, что речь всё ещё идёт о его матери. — То вот порядок навести, то по врачам таскает, то по колдунам. Вас вот с ним позвала. — Парень принялся старательно наглаживать пса. — А он у тебя много жрёт, да?
— Порядочно.
Славик внезапно замер, будто прислушивался к голосам или музыке, звучащей где-то внутри. Взгляд остановился, ладонь, ещё несколько секунд назад свободно лежавшая на спине Дориана, сжалась, как в судороге. У Ирки по спине пробежал холодок.
Руки парня дёрнулись, взяли помимо его воли, несколько аккордов на невидимой гитаре. Выражение лица у Славика при этом оставалось всё таким же отсутствующим. Ирке вспомнилась выставка музыкальных автоматов, куда её вытащила подруга пару лет назад. Там тоже были такие вот заводные куклы-музыканты.
Дориан сообразил первым, заворчал, несильно, но ощутимо куснул парня за коленку. Тот вздрогнул, замотал головой, пытаясь понять, где он и что происходит, извиняющимся тоном сказал Ирке:
— Накатило. Со мной иногда бывает.
— И часто?
— Ну так. Иногда два-три раза в день.
Ирка вздохнула. Пока они вели неловкую беседу, она не понимала, чего это мать Славика так беспокоится о нём. Выперла бы давно на вольные хлеба, да и жила бы спокойно в этой своей «операционной». Теперь же её глазам представала совсем иная картина.
— Но это не всегда так, — продолжал парень. — Иногда неделями вообще ничего не бывает. Или так, накатит и прям быстро пройдёт, почти незаметно. Я уже научился с этим жить, если что.