***
Терпение угасает с каждым новым бесцветным днем. Неотъемлемо приходит осознание того, что весь пройденный тобой путь – смешная повседневность, бесконечный алгоритм бессознательных, безвольных решений, в действительности не имевших весомого значения. И некуда бежать от дождливой и туманной серости мира, и негде скрыться под вечно тягучим черным небом.
Осенние сухие листья глухо хрустят под размеренными неторопливыми девичьими шагами, где-то вдалеке шальной ветер вновь завывает свою одинокую песнь, а солнце едва касается холодными тусклыми лучами продрогшей поверхности земли. Белла была готова сдаться. Здесь и сейчас признать поражение. А что остается? Денег едва ли хватит на несколько дней, а душевные силы кончились еще на прошлой неделе. Она сбежала и наврала с три короба своим родственникам не для того, что получила в итоге. Девушка уже не сомневалась, что Всевышний не оценил ее поступка от слова совсем и не принял в молитвах никаких робких попыток оправдаться. Белла сокрушалась на саму себя, о чем только она думала, когда затеивала всю эту глупую интригу. Кому может сдаться почти нищая безродная девчонка из кабардинского села, в арсенале которой только педагогическое образование в местном институтике. Она мечтала быть учителем, делать что-то действительно значимое, иметь повод для гордости... Внезапно настигает противное отравляющее ощущение, когда при ходьбе гремят кости, когда легче пробить каменную стену, чем сдержать нахлынувшие слезы. Неужели ей придется вернуться?
Но душа человека безгранична и безбрежна, способная к величайшему благу, необъятному милосердию, необъяснимой глупости и самому гнусному злу. Она коллекционер страданий, она сосредоточение разрушительных эмоций, субстанция крайне стеснительная, но юркая, подсознательно желающая сложностей, преград, несмотря на все людские громкие речи о покое, иллюзорной тишине и смехотворной стабильности. Испытания, словно скульптор, оттачивают каждую несовершенную деталь в ней, придавая изящество, неповторимость, а высеченные шрамы прошлого, навечно будут служить напоминанием любых горестей и радостей. Душа противилась отчаянью Беллы, метаясь внутри ее тела, несогласная сдаваться. Она шептала девушке, что нужно идти на любые шаги, но дорогу обратно забыть!
Беллу вырывает из своих мыслей безумный визг шин и детский вскрик. Она сама не поняла, как в один прыжок оказалась около ребенка, схватила его и попыталась оттолкнуться в сторону. Девушка почувствовала мощный толчок, он буквально сорвал ее с места и кинул на тротуар прямо на спину. Белла зажмурила глаза, сжимая в объятьях детское тельце, в ушах раздавалась только частое испуганное дыхание.
– Вы меня слышите? – голос спрашивающего немного дрожит, но не теряет стойкой и непоколебимой уверенности.
– Да, – девушка начала медленно приоткрывать глаза. – Кажется, да.
– Хорошо, - облегченно выдохнул мужчина. – Можете привстать?
– Помогите мне расцепить руки. По-моему, они задеревенели, - тихо, почти беззвучно, просит девушка, пряча в голосе неловкие интонации.
Она почувствовала прикосновение теплых пальцев к своим непослушным запястьям. Очень осторожно из ее рук забрали притихшего от шока ребенка. Рассредоточенное зрение Беллы наконец приходит в норму и она видит перед собой маленького мальчика лет шести, который жался к плачущей бабушке и красивого молодого человека, с которым, видимо, она и разговаривала секундами ранее. Он придерживал ее за спину и озабоченно вглядывался в лицо.
– Вы очень больно ударились? – виновато спросил незнакомец. – Кажется, я не рассчитал силу, выталкивая вас с дороги.
– Нет, - Белла глубоко вздохнула.
– Вы до сих пор не вызвали скорую? - укоризненно обратился мужчина к стоявшей поодаль женщине. Та лишь покачала головой, быстро доставая телефон из кармана куртки.
– Не нужно, - чуть слышно зашептала девушка. – Это лишнее.
Парень удивленно разглядывал спасенную им прохожую. Только сейчас он заметил необычное одеяние, в которое она была облачена: длинное темно-синее платье доходило до самых щиколоток, на голове диковинным способом повязан голубой платок, скрывающий все волосы и резко контрастирующий с ее черными глазами ресницами и бровями, а лицо - хоть уставшее и бледное, но чистое, совсем без макияжа. Руки мужчины медленно опустились, больше не касаясь ее спины. Должно быть, она мусульманка. Парень неторопясь шел по улице, когда заметил маленького мальчика, который явно собирался бездумно выбежать на дорогу. Владислав уже понесся с противоположной стороны, чтобы спасти мальца, но его опередила какая-то девушка, появившаяся из ниоткуда, плотно сжавшая кольцом своих тонких рук ребенка. Мужчине только и оставалась, что со всей мочи оттолкнуть обоих в сторону. Водитель все-таки смог затормозить и самого Владислава задел не сильно, хоть тот от соприкосновения с автомобилем не удержал равновесия и завалился на бок. Но удар с землей был терпимым. Ему показалось, что куда сильнее пострадала девушка, которую он вытолкнул с проезжей части.