Молодой человек вдруг вспомнил первый секс с Марией, который неожиданно для него получился каким-то нервным. Хоть она и не была девственницей, но что-то ее сковывало тогда, она не смогла полностью расслабиться и раствориться в потоке сладострастия. Потом, правда, их интимная жизнь наладилась и была великолепной, и дело было не только в качестве секса, но и в глубоких подлинных чувствах, что их связывали. Но все-таки не сразу все пошло так гладко… А Белла, не раздумывая, всецело отдалась ему, в ней не было и капли ложной стыдливости, оказалось, что страстность естественна ее натуре.
В который раз за ночь Влад внимательно стал рассматривать жену. Белла лежала на спине и глубоко дышала, пушистые ресницы подрагивали, простыня сбилась около ее живота, черные как смоль волосы тяжелой массой покоились на груди, скрывая от зорких серых глаз их зовущую прелесть.
Было бесконечно странно смотреть на нее и одновременно ощущать как темнота, черная и беспросветная, ускользает прочь, открывая взору бескрайний горизонт… Словно это не только рассвет очередного нового дня, но и новой лично для него жизни. Тело наполняет непривычная безмятежность. После продолжительного урагана из боли, гнева, отчаяния, поисков себя наступает штиль. Смятенная душа утихла, ветры страданий успокаиваются, небо и разум становятся ясными. Он поставит точку сегодня в отношениях с матерью – и заживет нормально. И Белла пусть останется рядом, разве плохо, если они подарят друг другу страсть и дружбу? Вдруг благодаря ей он не будет чувствовать себя одиноким? Нужно, по крайней мере, попробовать. Нет никаких оснований, чтобы раздразнив и унизив мать, просто отослать девушку в какой-нибудь загородный дом или квартиру в другом городе с круглой суммой на счете. Влад снова взглянул на Беллу и улыбнулся своим мыслям.
Девушка балансировала на границе сна и яви. Внутри у нее все ныло, не было сил даже на то, чтобы открыть веки, словно на них положили килограммовые гири. Она чувствовала, что Владислав давно не спит, но все не решалась повернуться и взглянуть на него. Единственная мысль молотом стучала в голове: «Что я прочту в его глазах?».
Всю ночь Белла то засыпала, то снова просыпалась, и каждый раз уткнувшись или прижавшись к крепкому телу Влада, она на доли секунд цепенела, не понимая, почему он находится здесь.
– Доброе утро, - голос Владислава был хриплым. Он слегка усмехнулся тому, как девушка, заметив скомканную простыню в районе своей талии, молниеносно потянула ее наверх.
– Доброе, - она, наконец, повернула свое лицо к нему и посмотрела в серую дымку его довольно сверкавших глаз. В спутанных русых волосах мужчины можно было разглядеть игру солнечных бликов. В это мгновение он не был столь безупречно красивым, каким он ей виделся всегда, но зато девушка впервые почувствовала настоящую близость с ним. И речь в последнюю очередь шла о физической. Рука Влада была вытянута и глаза Беллы задержались на ней. Раньше ей в голову не приходило обращать внимание на мужские руки, но сейчас она с непонятным упоением из-под опущенных ресниц разглядывала длинные пальцы, выступавшие около запястий вены, легкую поросль волос и рельефный бицепс.
– Я снова безумно тебя хочу, но вижу, что ты пока не в состоянии повторить, - мужчина придвинулся немного ближе. – Еще болит?
– Да, - честно призналась Белла. – Я вчера не ожидала этого… совсем. Почему ты решил?..
– Ты очень наивна, если думаешь, что такие вещи планируют. Я просто понял, какая это глупость – терять столько времени даром, - услышав этот ответ, девушка напомнила себе, что, несмотря на очень молодой возраст, он привык к тому, что его решения не оспариваются и не обсуждаются. Они всегда к месту и времени. По-другому и быть не может.
– Помимо всего прочего теперь я знаю, какая ты красивая, - Владислав накрутил ее длинный локон на палец и прижал к губам. – Вся.
– Льстивый язык не делает вам чести, - Белла улыбнулась. Ей было так отрадно, что он считал ее красивой и уже не раз упоминал об этом. Быть может, не за горами и тот день, когда он сделает ей комплимент, не касающийся ее внешности. Быть может, он полюбит ее когда-нибудь.