Трудно было отыскать объяснение произошедшим переменам, но они были налицо. Оставалось только вздохнуть с облегчением.
Или рано еще усыплять блительность? А быть может все это умиротворение напускное и в роскошном особняке живут двое измученных глупостью и несуразностью поспешного союза?
Но вся эта предполагаемая трагедия, нарисованная в голове Заречного, самоуничтожилась в тот миг, когда в респектабельную итальянскую гостиную зашли те самые две мусульманки, которых он видел у пруда. Он не знал, кто из них Белла, но стоило обратить внимание на горящий нежностью взгляд Влада, прикованный к черноглазой девушке, разгадка пришла сама собой.
Максиму стало не по себе о того, что он не мог понять, что творилось в душе и голове близкого человека: или его друг открыл в себе дар оскароносного актера, или он влюблен в свою жену.
– Добрый день, вы, должно быть, Максим? – парень окончательно убедился, что не ошибся, к нему обращалась именно та девушка, которую он мысленно и нарек Беллой. Ее аккуратный рот, напоминавший розовый бутон, расцвел в очаровательной улыбке. – Рада, наконец, увидеть вас вживую.
– А я то как рад! Ваш муж неожиданно затянул нашу первую встречу и знакомство, - ответа не последовало и Заречный заметил, что жена друга несколько смутилась, словно и хотела бы продолжить разговор, но не находила слов. Похоже, она не знает, что кто-то еще в курсе причин их скоропалительного и неожиданного брака. Все снова усложнилось. От этих хитросплетений – кому и что можно говорить, а кому – нельзя - порядком разболелась голова.
– Это Зулейха, моя подруга, - Максим перевел взгляд на другую девушку, стоявшую позади Беллы, и растерянно ей улыбнулся. На вид она была довольно угрюмой, что ни капли не украшало ее широкое лицо с грубоватыми чертами. Оказалось, что, несмотря на чересчур скромные одеяния и покрытые головы, оценивать внешность было совсем несложно. Контраст черноокой и белокожей, словно фарфоровая кукла, Беллы с ее неказистой подругой был очевиден.
– Очень приятно.
Выдержав неловкую паузу девушки не сговариваясь, повернули к выходу и выпорхнули из гостиной.
– Черт… - только и смог прохрипеть Заречный. Еще минуту назад он не чувствовал особенной жажды, но заметив на столике рядом с диваном стакан воды, жадно схватил его и сделал большой глоток. – Где я вообще? В Саудовской Аравии? До сих пор не могу поверить своим глазам.
– Ее подруга, кстати, на днях рассталась с женихом.
– Здорово, – буркнул не оценивший шутливого намека Максим. – Еще и в роли сутенера хочешь себя попробовать?
– Ладно тебе, чего ты такой кислый?
– Мне больше интересно, почему ты такой развеселый?
– Потому что надо жить дальше, - на этот раз Влад был серьезен как никогда.
– Интересный ты нашел способ, - замешательство Максима было неподдельным. Будучи простым парнем с простыми запросами в личной жизни, он не понимал тяги друга к экзотике и этаким американским горкам. Нужно не мудрить и не мудрствовать, а получать удовольствие от жизни. Благо, возможностей для таких как они – бескрайний горизонт.
– Не нуди, - простонал Владислав. – Так было хорошо, а ты тут со своей пресной физиономией нарисовался.
– Серьезно? – в глазах Заречного сверкнул яростный огонек. – Да у меня уже просто ум за разум заходит отбиваться от расспросов о твоей чертовой свадьбе!
– Побыл немного в центре внимания, это не смертельно, - начинавшаяся тирада была прервана.
– Знаешь, я ведь раньше не видел Беллу, и мне вся эта история казалась какой-то нереальной. А сегодня, оказавшись перед ней, понял, что все это взаправду… Не знаю, ненормальная картинка складывается.
– А разве с такими как я может происходить что-то нормальное? – усмехнулся Влад.
– Ты как всегда все перевернул с ног на голову своими «финтами». Не сидится тебе. А что дальше будет? Сегодня ее подруги слетаются гостить на твою жилплощадь, завтра ее сельские родственники нагрянут? Слушай, да их, наверное, как муравьев… Они же на Кавказе много рожают.
– Белле ее родственники неприятны в большинстве своем, - со знанием дела заметил мужчина. – Я ценю твое волнение за мою жилплощадь, но давай не передергивать.
– Давай. У мамы благотворительный прием в пятницу, требует, чтобы ты явился со своей женой и всем ее, наконец, представил.
– Думаешь, стоит пойти? – Влад откинулся на диван.