Словом, пришлось молодому человеку возвращаться в Вену без невесты, зато теперь он знал одним анекдотом больше. Читатель может не сомневаться в подлинности этой истории, ее сообщит вам любая старуха в округе; даже Ференц Казинци[21] упоминает о ней в своих записках.
Вторым претендентом на руку Розы Хорват был какой-то крупный предприниматель из Брно. Человек деловой, он не утаил от будущего тестя и того, что на приданое жены собирается открыть свои предприятия по всей Средней Европе. Старому Хорвату понравилась откровенность жениха, и он в своем обычном шутливом тоне сказал:
— Правильно, совершенно правильно. Я с удовольствием отдам свою дочь за делового человека, потому что и сам был в свое время предпринимателем. Однако вы, я думаю, уже слышали, что я немного чудаковат. Не возражайте! Знаю, что вам уже об этом говорили, и это правда. Я и впрямь старый сумасброд. Но мое помешательство не опасное, и вы не бойтесь меня. Это своего рода мания. Я имею обыкновение задавать вопросы всякому, кто сватается к моей дочери. А от ответа уж зависит остальное. Знаю, что это глупая причуда, но ничего не могу поделать.
— Да, я слышал кое-что.
— Ну, так вот, ответьте мне, пожалуйста: из Пожони в Брашшо ежедневно отправляются два почтовых дилижанса и столько же из Брашшо в Пожонь. Если, скажем, поездка занимает десять дней, сколько дилижансов встретите вы на пути от Пожони до Брашшо?
— Двадцать.
— Ну-ну, молодой человек! Подумайте получше, неверно.
— Тогда в загадке есть какая-нибудь хитрость.
— Уверяю вас, никакой.
— Значит, без всякого сомнения двадцать; или, если предположить, что двадцатый как раз прибывает в Пожонь, когда я выезжаю оттуда, тогда девятнадцать.
— Нет и нет! Очень жаль, мой молодой друг.
— Позвольте, сударь, мне удалиться к себе, чтобы там спокойно подумать над вашей загадкой.
— Пожалуйста, — презрительно усмехнувшись, согласился старик.
Целый день, как одержимый, сидел и считал предприниматель из Брно, испещрил цифрами десяток листов бумаги. Пот лил с него ручьями, но безуспешно, — каждый раз получались все новые и новые результаты. Наконец жених выпросил у кухарки бобов и, разложив их на столе, изобразил движение почтовых дилижансов на дороге Пожонь — Брашшо. Но и тут он ничего не добился, только еще больше запутался.
Хорват, видя, что у бедного жениха ничего не получается, решил больше не мучить его и сказал:
— Поймите, из вас не получится дельного предпринимателя. Вы не можете ясно представлять себе развитие событий даже на второй ступени. Ведь по дороге Пожонь — Брашшо едут и те экипажи, которые отправились в прошлые десять дней, кроме тех, что вышли в эти десять дней. Таким образом, всего по дороге движется сорок дилижансов. Что же касается вашего обратного пути, то, не обессудьте, вам придется отправиться с носом.
Вот какой вздорный человек был этот Хорват. Уж все стали думать, что его дочери так и не выйти замуж из-за чудачеств отца, как вдруг в доме появился красавец гусарский офицер, родом из Задунайщины, по фамилии Безередь, известный своей глупостью. Знакомые заранее потешались над ним: "Уж этот-то наверняка погорит". Верно, бедный Безередь пороха не изобрел, но, представьте, всему свету на удивленье он ответил на три вопроса, заданные ему Хорватом, и получил "принцессу" в жены.
Теперь уже насмешники мучились над разгадкой, недоумевая, как этому Безередю удалось перехитрить старого Хорвата. Разумеется, никто так и не решил задачи, а ларчик открывался совсем просто. У капитана были большие красивые усы, обладать же пышными усами гораздо важнее в таких делах, чем большим умом. Гусарские усы прельстили Розу, а Роза знала все вопросы отца и заранее научила усатого жениха, как на них отвечать.
Вслед за Розой пришел черед ее сестрички Катицы. На сей раз старик придумал еще более хитроумные вопросы для женихов, но ему прямо не везло. Это уж как водится: куда повадится капитан, туда и лейтенант дорогу найдет. Однако лейтенант не может серьезно претендовать на руку девушки, — было бы нескромно с его стороны. Приходится ему действовать обходными путями. И вот лейтенант Пал Лангвиц, которого капитан Безе-редь привел в дом своего тестя, однажды ночью, без лишних слов, похитил Каталину Хорват, сэкономив для старика несколько хитроумных вопросов. Для себя же ничего другого лейтенант до конца своей жизни так и не сумел сэкономить.