Я улыбнулся, я ее понимал как никто другой, я на своей работе тоже находился круглосуточно, лишь поспать, выбираясь домой на съёмную квартиру к вечно ворчащей подружке, а отпуск, ну у меня бывали отпуска, иногда я брал день иногда два, когда совсем уж плохо становилось и казалось, что вот-вот еще чуть-чуть и сердце не выдержит этой гонки.
Я высвободил руку и приобнял девушку за талию, она была не против, вообще идя вот так по безлюдной улице по освещенному ярким солнцем городу, мне с ней было очень уютно, будто я знал ее уже много лет.
— Я понимаю тебя. — Нарушил я неловкий момент молчания после того, как приобнял ее. — Последние десять лет я проводил на работе по десять двенадцать часов в сутки, еще три часа в дороге, а приехав домой включал компьютер и обрабатывал запросы клиентов из других регионов, где рабочий день еще не закончен, это не сильно то отличается от твоей жизни, и что такое отпуск на один день я тоже прекрасно знаю. Ну так что? Пойдем в музей? Веретено смотреть?
— К черту это веретено! — Отмахнулась девушка. — На карусели! В парк! На пруд. Говорят, там на пруду настоящий гусь есть.
— Я тебе больше скажу. — Прошептал я ей на ухо. — Я там вчера похоже настоящую русалку видел.
— Эка невидаль! — Рассмеялась она мне в ответ. — Этих русалок, как собак не резанных, а вот гуся живого, я не видела ни разу.
Она вывернулась из моих объятий и ухватив меня за руку побежала по дороге в сторону парка, звонко цокая каблуками.
А дальше мы кружились на старой карусели, видимо еще родом из советского союза, я помню в детстве тоже на такой катался, потом на машинках, Яра звонко и громко визжала, когда я таранил ее, и мы полностью игнорировали крики старушки кассирши, которая заявляла, что этот аттракцион, для того, чтобы по кругу ездить, а не врезаться друг в друга, в общем мы отлично проводили время.
После аттракционов, мы вернулись к вокзалу, где купили пирожков, девушка принципиально попросила один с хлебом, просто попробовать, что это за чудо такое, после чего мы отправились в парк на ставшую мне уже привычной скамейку под густой раскидистой ивой, возле пруда в котором плавал настоящий гусь.
Девушка жевала пирожок с мясом, пирожок с хлебом она только надкусила и сморщившись отложила в сторону, и с детским восторгом смотрела на плавающую птицу, так словно это было какое-то чудесное чудо.
— Дима! Ну ты и гад! — Раздался из-за спины разъярённый голос, я обернулся и уставился на запыхавшегося волка. — Так и знал, что тебя тут найду! Ты почему не сказал, что ты к нам не на работу устроился, а просто проездом?
— А ты что, спрашивал? — Удивился я. — Я понятия не имел, что тебе про это надо сообщать, да и какая разница? Это что-то меняет?
— Меняет! — Возмущенно пробурчал волк. — Я ему вчера тут душу изливал, а он чу… — Волк остановился на половине слова и испуганно присев на задние лапы, заскулил, будто самая обычная собака.
— Привет! — Помахала ему моя спутница. — Пирожок будешь? — Она протянула ему надкушенный пирожок с хлебом.
— Яга… — Выдохнул зверь. — Ты чего тут?
— Яра! — Поправила его девушка. — Меня зовут Яра. Вот, наш гость пригласил меня на прогулку. Как дела? На лопату не надумал? — Волк отрицательно помотал головой. — Ну тогда на! Возьми пирожок, тесто вкусное, а вот начинка спорная, но тебе то все равно, прорва ты наша.
Волк аккуратно принял от нее надкушенный пирожок и очень медленно и осторожно принялся его жевать, переводя взгляд с меня на мою спутницу и обратно.
— Значит. — Ласково улыбнулась она ему. — Душу ты ему вчера изливал, и про канон, наверное, обмолвился?
— Что? — Возмутился волк. — Я? Нет! Никогда в жизни!
— Ай! Не важно. — Она встала с лавочки, и закружившись в грациозном танце сама с собой, разулась и переместилась на газон. — Я тебе даже благодарна, если бы не ты, не было бы этого чудесного дня.
— Ты совсем дурак? — Тихонько осведомился у меня волк. — Хотя… Если она тебя ухайдакает, это решит все проблемы. — Он задумчиво закатил глаза, а я, не слушая его, любовался странным танцем моей спутницы. — Эй! — Волк ткнулся в меня носом. — Не зависай. Ты кому-нибудь рассказывал о нашей вчерашней беседе? Вспоминай. Признавайся.
— Нет. — Отрицательно помотал головой я, с трудом отводя взгляд от Яры, очень уж ее движения были плавными и такими по-настоящему радостными, а еще, когда она кружилась на одном месте, ее юбочка приподнималась, и …
— Я говорю, не зависай. — На этот раз волк меня больно прикусил. — Слушай, я вчера тебе наболтал лишнего про наши дела, я думал, что ты новый сотрудник института, раз уж ты с Василисой разъезжал.