Там раздавались всякие стоны, я посильнее ноги раздвинула, тот, взглянув на меня, продолжил, не отвлекаясь, и, положив руку на мою грудь, гладит ее.
Я едва не в конвульсиях уже бьюсь, так сказать, тот, улыбаясь, продолжая, подполз ко мне, закончив, и навалился на меня.
Мы целуемся и обнимаемся, я уже ничего не замечаю, да и надо ли это. Там такой разврат творился и страстный секс. Я шепнула:
– Я признаюсь, мне тоже без тебя плохо было, прости, что не встречались, а-а-а, ты не знаешь, как мне плохо было.
Ринат, улыбаясь, шепнул:
– Знаю, а знаешь, что зря не встречались, и теперь столько страстного куни и страстной любви у нас будет. Оба сдерживались, избегая встреч друг с другом, хотя я следил за тобой все дни и пытался подойти к тебе.
Мы закончить не можем, хотя надо бы уже, тот, улыбаясь, шепнул:
– Сейчас приготовлю еду, а ты пока отдохни немного.
И, встав, ушел. Я лежу с раздвинутыми ногами, и потом, полежав, кое-как встала, и, офигев, думаю: «Однако он прав, такие длительные невстречи ни приводят ни к чему хорошему».
Я кое-как пошла в ванную, там же и туалет, тот, улыбнувшись, делает салат, улыбаясь, покосился на стену и, повернувшись, пошел куда-то.
Я забыла дверь закрыть, да и нафига, если я не стесняюсь, плюс и так все видел раз не знаю сколько, у меня впечатление странное, словно и ранее мы были знакомы.
Откуда, блин, знает все про меня и что я люблю? Ринат стоит, улыбаясь, я, сделав дело, повернувшись, врезалась в него, тот, улыбаясь, говорит:
– Даже пока делаю еду, не могу без тебя и не видеть тебя, так что побудь со мной, сладость, – и, взяв на руки, отнес на кухню и усадил на стул, постелив тряпку какую-то.
Я сижу и, улыбнувшись, посмотрев на саму себя, посмотрела на него и покосилась вниз. Я кое-как сижу, пытаясь не смотреть кое на что. Тот, улыбнувшись, взглянув на меня, посмотрел, куда смотрю, и, улыбнувшись, в секунды порезал палочки крабовые и яйца, и, открыв кукурузу, вывалил в салатницу, и, вынув майонез, посмотрев на меня, улыбаясь, майонез нафигачил туда.
После того как поели, он тарелки в раковину поставил, я сижу и, улыбнувшись, встала и сваливать тихо. Тот, повернувшись, схватив меня, улыбаясь, впился губами в мои. Мы целуемся, тот, улыбаясь, подняв меня, на стол усадил. Я, офигев, говорю:
– На столе еще не было.
Ринат, улыбаясь, ответил:
– Было один раз на кладбище, чего это не было.
Я, взглянув на него, улыбнувшись, говорю:
– Откуда это ты знаешь? Ладно, было, было.
Мы прямо на столе продолжили заниматься страстной любовью, тот, улыбаясь, взяв меня на руки, отнес в другую комнату и, положив на кровать, навалился на меня. Я, улыбаясь, говорю:
– Какой-то ты…
Тот, улыбаясь, сказал:
– Какой же? Милость моя, и какой же я? Кстати, тебя не смущает и не тревожит, что я ненасытный какой-то?
Я, улыбаясь, ответила:
– Сама такая, так что меня даже не колышет.
Ринат, улыбаясь, шепнул:
– Я такой ненасытный и голодный, можно сказать, вечно голодный.
Я, улыбаясь, заткнула ему рот поцелуем, мы целуемся и обнимаемся. Наступило утро другого дня, снова завтрак в постель, мы поели вместе, тот отнес тарелки. Я покосилась на кровать, затем по сторонам и на вешалку. Где моя одежда, блин?
Ринат пришел, улыбаясь и присев на кровать, обняв меня, свалив, навалился на меня. Я, улыбнувшись, шепнула:
– А где моя одежда? Не в курсе?
Ринат, улыбаясь, шепнул на ухо:
– Зачем она тебе нужна? Я тебя не пущу на работу.
Я, сглотнув слюну, говорю:
– Ч-чего?
Тот, улыбаясь, шепнул:
– Того, моя сладость, того, не хочу я снова расставаться с тобой. – И, поцеловав в ухо, облизал его и, улыбаясь, взглянув на меня, стал шею целовать.
Я, улыбнувшись, снова сглотнув слюну, подумала: «Во, Вика, ты попала в какое-то сексрабство», – и хихикнула. Ринат, улыбаясь, ляпнул:
– Не говори, хотя нет, вечером, если захочешь, пойдем погуляем или в кино, если хочешь, а в секс-рабстве не отпускают гулять или так кормить не дают.
Я, офигев, смотрю на него, тот, улыбаясь, вздохнув, треснув себе по лбу рукой, взглянув на меня, улыбаясь, сказал:
– Ладно, я сам себя спалил, да, я умею читать мысли, а также чувствую твою энергетику и еще много чего могу и умею чувствовать.
Я, смотря на него, кое-как улыбнувшись, прижала его к себе, тот, улыбаясь, впился губами в мои. Мы целуемся. Он, улыбаясь, стал грудь целовать после поцелуя взасос. Я, улыбаясь, смотря на него кое-как, положила руку на его голову, обычно сразу посмотрит на меня подозрительно как-то, словно убить хочу его или еще что. Тот, оторвавшись, улыбнувшись, посмотрел на меня и, поцеловав взасос в губы, продолжил целовать мою грудь. Я, улыбаясь, лежу и случайно подумала: «Блин, ничего не скроешь от него, раз мысли читать умеет».