Научные исследования всё также проводятся в школьных лабораториях. Пока эта практика себя не скомпрометировала. Вот более-менее начинает что-то проясняться с материалами для накопителей информации на магнитных носителях. Но особенно впечатляют работы селекционеров и естествоиспытателей.
Были ещё сообщения по педагогике, по медицине и безопасности, но там, как в основополагающих отраслях, ничего особенного или нового не произошло. Рождаемость за последние два года снизилась в десять раз, как и планировали. Следовательно, через два года начнут освобождаться воспитатели младших групп, которые уже сейчас нужны в Шкурске, на Оке и Каме.
Что же, бабки подбиты. Обычно после этого на таких совещаниях Славка предлагал последовательность действий на ближайшее время. Но, чувствует он, что пора готовить смену. Вот сейчас и попробует.
— Нат, как полагаешь, куда нам теперь бежать и за что хвататься? — Славка смотрит на юношу без улыбки. Остальные присутствующие тоже выглядят совершенно серьёзными.
Юноша подходит к карте и берёт указку.
— В Тунисе, Мавритании и в Португалии обнаружены небольшие сообщества. Они сосредоточены в локальных зонах, где имеется растительность и животный мир, образовавшихся в силу благоприятно сложившихся в данном месте условий. Своего рода в оазисах среди пустыни. У всех практически одни и те же проблемы: высокая детская смертность и женщины при родах умирают. И, хотя рожают как из пулемёта, роста численности нет. Уходит из жизни старшее поколение, развития технологий или агрокультуры не отмечается, природная среда эксплуатируется с перегрузкой. Деградация и вымирание подкрадываются к этим людям отчётливо. Всё усугубляется конкуренцией мужчин из-за женщин, которые слишком быстро выходят из строя вследствие избыточно интенсивной эксплуатации. Доходит до смертоубийства.
Нет никаких сомнений в том, что группы медиков для этих сообществ следует сформировать немедленно. Причём с очень сильной охраной. Народ там горячий, далеко не сытый, а выживают там самые решительные. Шансы на адаптацию взрослых невелики, однако пренебрегать ими не следует. А вот с детьми работать нужно начинать немедленно.
— Слав! Радио из Яицких степей. Тамилка с Каринкой кого-то нашли, — девушка из диспетчерской.
Славка думает почти секунду. Потом кивок Нату. Типа: входи в проблему!
— Простите! Тамилка с Каринкой — они кто? И что делают в Яицких степях?
— Тамилка — моя мама, а Каринка её подруга. Они в разведку поехали за Волгу, людей искать.
Минута молчания. Потом Рипа поясняет.
— Им по тридцать лет сейчас. Детишки выросли, младшим по восемь. Слав! Ты ведь никогда ничего не запретил ни одной женщине.
— Так бесполезно, — Славка понимает, что разрешения у него спрашивают не каждый раз.
Глава 36
По бескрайней степи катится двухколёсная тележка. Называть её арбой почему-то не хочется — колёса диаметром всего в полметра на мягких резиновых шинах и деревянных дисках не торчат по бокам, а расположены под компактным лёгким кузовом. Идут беззвучно и не вязнут в грунте. Тянут тележку два гуанако. В их движениях не чувствуется напряжения — поклажа нетяжела.
На передке сидят лицами в разные стороны две девчушки-поскакушки. Тамилка и Каринка. Крошечные эфемерные создания всем своим видом с несокрушимой силой подтверждают утверждение о том, что маленькая собачка — до старости щенок. Никто не скажет, что это почтенные матроны, которым по тридцать лет, и что каждая из них — мать троих детей. Обе рожали по оптимальному графику в восемнадцать, двадцать и двадцать два. А потом врач сказал: «Стоп, по вашим конституциям и этого за глаза». А, что велел доктор, то все и делают.
И вот детишки подросли, мамы им каждый день не нужны, тем более что все отправляются в школу на зиму. И вот тут в подругах проснулись гены их общей бабушки — Виктории, которую до сих пор нередко называют Викулькой, хоть ей и за шестьдесят, но шустрятина она всё ещё та. Собраться в разведку умеет каждый, а баржа с семенным зерном и печными вьюшками, колосниками и заслонками идёт на Волгу. Никаких препятствий для реализации детской мечты о неведомых землях и встречах с новыми местами.