— Слав, из поселка островитян человек пришел в Известняковку, говорит, что хочет видеть нашего главного, — это Денис. Он, хотя и бодро ковыляет на своей деревянной ноге, но далеко из поселка не отлучается, и продолжает находиться поблизости от рации, чтобы не пропустить вызов.
— Ответь, что завтра буду к обеду. Утром выйду на челноке.
Сегодня Зоя вернулась с охоты, так что не помчится он никуда, на ночь глядя. Есть у него обязанности. Рипа, конечно, переночует отдельно, чтобы не слушать восторгов их встречи. Замучился уже Славка от этой комбинации. Ни одного плюса нет в двоеженстве.
— Ты знаешь, Слава, а я ведь попрощаться пришла, — Зоя сегодня даже не ластится. Понимаешь, мы попали в серьёзную переделку. Подстрелили олениху, подошли, чтобы разделывать, а тут самец вернулся с вот такими рогами, и на нас. Да так неожиданно. В общем, мы за его рога схватились вдвоем, и ни удержать не можем, ни отпустить. Зверь сильный, но двоих поднять не способен. Полчаса мы друг друга мучили, пока Костик не извернулся. Достал он ножом до горла этого зверя. А потом я… и он. Так это. Не сердись на меня, ладно? Малыша нашего я выношу, и тебе я ужасно благодарна и Рипе. Я ей уже сказала, она скоро придет.
Удивительное дело. Славке стало реально легче. Похоже, он не бабник.
Хорошие все-таки у них челноки. Легкие, ходкие, одно удовольствие ранним утром по прохладе плыть на таком вниз по течению. Солнышко только начало припекать, а он уже видит дым над печью, в которой обжигается известь. А вот и человек на берегу, лицо знакомое. Наверное, тот самый, что его дожидается.
— Привет Слава! Меня зовут Стас. — Кажется, это тот парень, что в прошлом году ломал руку. Рипа о нём хорошо отзывалась.
— И тебе привет, говорят, дело ко мне у тебя.
— Ага. Мы загнали в ловушку диких лошадок. Совсем диких, так что съедим мы их, и дело с концом. Но есть среди них несколько жеребят. Лошади бы нам пригодились, да и вам они бы не повредили. Но вот беда, таких людей, чтобы умели с конями обращаться, среди нас нет. Косы, чтобы сена накосить, мы, пожалуй, сделаем, но когда прикинули, скольких трудов все это хозяйство будет стоить, энтузиазму резко убавилось. Не настолько нам эта маета нужна, насколько от нее выгода ожидается. Словом, нужно рассудить, как поступать.
— Понятно. Зря ты это все по рации не сказал. Мне в любом случае большой хурал потребуется, чтобы разобраться. Хотя сразу скажу, жеребят мы у вас обязательно заберем, только, что из этого получится, заранее сказать не берусь. А ты, наверное, чего-то для себя попросить хотел. В смысле, для поселка вашего.
— Знаешь, ничего сейчас не потребую. Мы, конечно, нуждаемся во всем, но, похоже, съезжать нам пора с нашего места. На охоту ходить далеко, дрова приходится за километр таскать. Как это вы умудряетесь такими малыми группами такие постройки возводить? Живете редко, а как нужда возникает — и куча народу съезжается. Вон, глазом моргнуть не успел, а тут тебе и домик стоит, и печка, — Стас кивает в сторону дымящей трубы. — И народу здесь живет всего-то шесть человек.
— Думаю, вашим людям сейчас лучше всего раствориться в наших. Подмешаться, так сказать. Перенять обычаи, не смотри так удивленно, они у нас уже есть. И среди них встречаются довольно странные, если посмотреть взглядом выходца из той среды, где все мы произросли. Мы сознательно готовимся к жизни в диких условиях, при этом строим теплые дома, сеем хлеб и пасем скот. Нет, путаница получается, если рассказывать. Одно за другое цепляется и лучше это на себе ощутить.
— Да видел я уже Фимку. Пацаном уехал, а через месяц — рыбак, охотник, самостоятельный и спокойный. Ладно. Перетру с народом.
Глава 16
Июль, маковка лета. В балке народ только что пообедал и растёкся тонким слоем под навесом — сиеста. Впереди часа три пекла, которое лучше провести в тени. Подрёмывают на лавках, на циновках или бросив под бочок безрукавку. Только Тинка сидит за столом, разложив перед собой листочки, и напряженно думает. С этой девушкой у Славки интересные отношения. Они очень хорошо понимают друг друга, поэтому мало разговаривают. Хватает обычно короткой фразы, кивка — и единодушие достигнуто. И это очень хорошо, потому что она и Рипа занимаются практически всей организационной рутиной. Всё-таки их семьдесят человек, разбросанных по семи посёлкам. И многие действия необходимо координировать.
Славкина любимая занимается, грубо говоря, душой и телом людей, а всё остальное выпадает на долю этой девочки-подростка. Шкуры и гвозди, горшки и высадка саженцев.