Славка с импровизированной мулетой появляется в проходе в загон и, сделав ею несколько движений на распахивание-складывание, пусткается наутёк. Тур — за ним. Короткая, в три патрона очередь из ручного пулемёта звучит, едва топот могучих копыт приближается к беглецу, и тяжелая туша валится на землю. Обвязанный пучками травы Жорж плавными движениями прилаживает ко входу в загон последнюю жердь, а Славка успокаивает дыхание. Спринт был бурным.
Все спрятались. Тишина. Беспокойство среди коров сходит на нет, да и не было там особой тревоги. А сейчас — равномерно жующие челюсти демонстрируют окружающим, что всё нормально. Прячась в высокой траве, практически на четвереньках, подтягиваются всё население нимфатория. Раны на боку убитого быка уже чем-то заклеены, на рога наброшены веревки. Потянули. Тяжеловато, но разделку на глазах стада лучше не проводить. Метр за метром, шёпотом ухая и кряхтя, отволокли тушу за край лесочка. Всё! Дальше охотники знают, как освежевать это богатство.
Первая задача выполнена. Теперь главное — не испугать стадо. Повадки коров — тайна для всех. Но, если рванут — никакая изгородь не выдержит. Значит необходимо своевременно отгонять хищников, кормить, поить, угощать. А как при этом избежать негативной реакции диких животных на человека — головоломка. Однако связь с ранчо по рации имеется, так что можно проконсультироваться с Иринкой. Ну вот, а ему казалось, что народу здесь лишку. Ничего подобного, с кошеной травой набегаются все.
С низовьев подошли три лёгкие тополёвые долблёнки, каждую пригнал парень, вооруженный автоматом. Рипу привезли, соль, курагу, немного орехов. Завтра заберут четырёх девчат и пойдут в верховья, собирать лекарственные травы. Сейчас все сгрудились, сидят и разглядывают картинки из альбома, перерисованные рукой хорошего художника с экрана ноутбука. Кое-что узнаваемо. Зверобой, липа — нет, цветы собирать сейчас поздно, но хоть деревья приметить. Ромашка аптечная, мать-и-мачеха, чистотел, шалфей. А еще репейник, солодка, ландыш и валериана, где важны корни. И дальше: боярышник, пустырник, пижма. А это что такое? За эвкалиптом вообще-то на Кавказ посылать нужно целую экспедицию. И еще длинная галерея других, незнакомых Славке растений.
— Понимаешь, — Рипа ластится, как котёнок, давненько не виделись. — У нас ведь кроме зелёной аптеки здесь никакой другой нет. Только что первый спирт из пшеницы выгнали, зелёнки даже приготовить не можем, начнись обычная ветрянка, волдыри прижигать нечем.
Понятно, оправдывается, что такую толпу гонит травки собирать в то время, как у них масса хозяйственных дел, а ведь он помнит, что и в начале лета и поздней весной девушки под охраной автоматчиков отправлялись с корзинками, то цветочки собирать, то щипать листики или дёргать травки. И под навесами пахучих пучочков и связочек всегда сушилось немало. Не будет он ругаться. Никто здесь, кроме любимой толком в медицине не понимает. Хм! Это получается, что детишек в школе еще и травам лекарственным нужно обучать, и составлению целебных зелий. Ну-ка, где у нас в блокноте страничка с намётками по школьной программе?
Кстати, пока то да сё, настало время Лимана Солеварни и Михалыча с вожделенным химзаводиком. Наверняка та его продукция, что ребята собираются производить, потребуется и для косметологии, и для фармакологии.
В Балке встретился с Зиночкой. Экспедиция вернулась с важной информацией. Река, которую Славка принял за Днепр, Днепром и оказалась. Поднявшись вверх по течению буквально пару десятков километров, ребята встретили препятствие. Течение стало настолько быстрым, что даже на вёслах при помощи паруса, или под парусом, при помощи вёсел, пройти не удалось. Тянуть нашив лямкой даже не пробовали, не годятся берега для бурлаков, а для волока — народу в команде недостаточно. Прошли вперёд пешком по обоим берегам, и поняли, что вовремя остановились.
Дальше раздвоившееся русло вообще выглядело бурным и неприветливым. Днепровские пороги, и ничего тут не сделаешь. В этом месте провели тщательную астрономическую обсервацию, дождавшись полудня для определения долготы, и ночи, для точной засечки широты. Погрешность при столь тщательном подходе не должна превысить пяти километров, что сразу позволяет им получить неплохую привязку к картам предков.
Хорошенько побродили по левому берегу с миноискателем. Выкопали несколько железяк, настолько ржавых, что догадаться о том, чем они были раньше, не представилось возможным. Основной добычей стали саженцы малины и облепихи, которые отыскали в тех местах, где, предположительно, когда-то располагались дачные участки. Всё, разумеется, одичавшее, но где им взять культурные сорта? Растений, ясное дело, привезли значительно больше, но оценить их значимость для грядущего сейчас было бы затруднительно.