- Осторожнее с ним, Джанта. С двуногими надо держать ухо востро!
- Чего-чего? – возмутилась девушка.
- Ой, я имел в виду, с некоторыми двуногими… К тебе это, естественно, отношения не имеет. При всех недостатках твоего несовершенного мозга и неуравновешенной психики вкупе с грубым поведением, обусловленным недостаточным воспитанием…
- Гхм!
- …я только хотел сказать, что, несмотря на кое-какие неприятные мелочи, из всех двуногих, составляющих нашу команду, ты наиболее адекватная и трезвомыслящая…
- И на том спасибо. Растрогана до слез. А теперь брысь с моего кресла, мохнатая тварь! Мне надо подумать.
После ухода оскорбленного в лучших чувствах кота Джанта, утонув в кресле-трансформере, невидящим взглядом уперлась в пространство и принялась обдумывать услышанное. Несмотря на внешне насмешливое отношение к своему пушистому приятелю, девушка всегда верила ему на слово, и то, что так озаботило Орлипонса, теперь не давало ей покоя. Всем своим существом она чувствовала скрытую опасность, исходящую от нгу, странного гостя с омерзительной внешностью и вкрадчивыми манерами. Словно он что-то затевал… Но что, собственно, он мог сделать? И, главное, зачем?.. Вряд ли задрипанный грузовой звездолет мог представлять интерес для религиозного маньяка, помешанного на идее тотального уничтожения пагубного влияния цивилизации на духовность разумных существ. А экипаж? Что с них взять? Их всего-то четверо, не считая штурмана Орлипонса, инопланетянина с внешностью земного кота: капитан корабля Элм Мерри, механик и специалист по роботизированной технике Джанта Саваж, врач, биолог и астрохимик Гай Финч и второй пилот Дезмонд Хук. Все земляне, обычные люди (опять же, за исключением Орлипонса). В чем же причина непонятного (а порой – просто зловещего) поведения странного пассажира?.. И чем Хук мог так напугать несчастного поедателя мышей, жирного философа Орлипонса?..
«Ну, это я выясню», - подумала Джанта, упруго вскакивая на ноги. – «Пора проведать старину Хука».
Дверная панель отъехала в стену лишь после того, как Джанта наградила ее яростным пинком. Видимо, Хук не испытывал желания пообщаться с внешним миром и в частности – с его представителями. Хмурая небритая физиономия высунулась в проем, и в девушку уперся неподвижный взгляд покрасневших, точно от бессонницы, глаз.
- Привет, Дез. – она было хотела просочиться мимо него внутрь, но худая жилистая рука с неожиданной ловкостью преградила ей путь.
- Чего тебе, Саваж? – буркнул Хук, вовсе не лучась гостеприимством. – Уже поздно, я спать лег.
- Вижу. А как твое самочувствие? Паршиво выглядишь…
- Да и ты не эталон вселенской красоты, - огрызнулся тот, но как-то очень вяло. – Слушай, иди, а? Устал, честное слово.
- Устал, говоришь… А как насчет заглянуть ко мне, пропустить рюмку-другую? Посудачить о том, о сем, как раньше? А, Дез?
Еще неделю назад ответ Хука был бы однозначен. За каплю спиртного этот еще молодой, но уже порядком изношенный мужчина был готов выпрыгнуть в космос без скафандра. Теперь же, лишь поморщившись, покачал лохматой головой:
- Нет, спасибо, Саваж. Не стоит. И тебе не советую злоупотреблять алкоголем – он наносит невосполнимый вред организму. Нужно беречь свое здоровье. Так нам завещала мать-природа. Прости, я пойду.
Не успела Джанта подобрать отвалившуюся челюсть, как дверь уже закрылась у нее перед носом. В голове у нее вертелась одна-единственная, вызывающая смутные ассоциации, фраза.
«Мать-природа»…
* * *
- Говорю вам, Орлик прав. С Хуком неладно. Я сама в этом убедилась. Он отказывается от спиртного и вообще себя странно ведет.
- Ну и что тут особенного? – усмехнулся Финч. Скрестив пухлые руки на груди, он взирал на девушку с полнейшим добродушием. – Парень решил взяться за ум. Похвально. Даже если к этому приложил руку…ну, лапу…наш дорогой Тши-Нджи. Может, лишь он и сумел найти нужные слова…
Джанта фыркнула.
- Элм, и ты того же мнения?
- Хм… Даже не знаю, что и думать. Меня, говоря начистоту, только один факт немного…э…беспокоит: неизвестность с грузом. Я заметил, что в последние дни наш пассажир слишком часто наведывается в грузовой отсек, чтобы, видимо, проверить сохранность груза. Но, понимаете, делает он это как-то подозрительно: крадучись, тайком, чтобы никто не увидел. А это, согласитесь, странно.