— У меня, — сказал я, — 221.
— 155, — добавил Николай. — А у Увара — мы не в курсе, но должен быть под 160–190, иначе он бы не стал пятым техником.
— Тогда так, — подумав, ответила Мила, — Увару и Флему залью все базы, Коле — только те, где он пролезает по интеллекту. Возражений нет?
Мы кивнули, и за Увара тоже. Коля предложил делать поэтапно: нас с Уваром первыми, потом его. Меня уложили в медицинскую капсулу, и на три часа я выпал из реальности.
[1] Фрегат для добычи руды.
Глава 3
Прошли сутки, как мы на базе одни. Блокираторы Мила благополучно сняла, Увара починила. Николай вроде стал ей доверять. Мы же с Уваром были более беспечны. Собравшись в медицинском отсеке, где мы пока обосновались, стали решать, что делать дальше. Разговор начал Увар:
— Перспективы непонятны. Могут прилететь пираты, продолжить разбирать базу и тогда найти нас. Может прилететь флот, привезти еще осужденных. Может просто кто-то прилететь на неохраняемую базу и попробовать ее пощипать. Вообще оставаться на этой базе долго — явно ненужный экстрим. Вопрос: сколько у нас времени до появления следующего геморроя? На чем будем отсюда уходить? Чем будем заниматься с учетом того, что мы осуждены пожизненно, за исключением Милы? И куда попробуем уйти?
Первой подала голос Мила:
— Я тоже на пожизненном, так что мне, видимо, придется быть с вами. Пополнения со стороны заключенных ждать не приходится — их привозят раз в год, так что в этом плане у нас еще почти год. Дежурный облет нашей станции военным патрулем будет через шесть месяцев. Ну а пираты — это не ко мне, я не в курсе, они ребята непредсказуемые.
— Мила, расскажи нам о себе немного, — вежливо попросил Коля.
Мила задумалась на несколько мгновений и начала рассказ. Она служила в звании старшего лейтенанта в подразделении аналитиков на флагманском крейсере. Ее подразделение в составе десяти крейсеров проводило зачистку небольшой системы, где была пиратская база. Она отвечала за план атаки этой базы. По информации разведки, это была недостроенная малая военная база трошов третьего поколения. В охранении базы должны были быть пять эсминцев пиратов пятого поколения и четыре крейсера четвертого поколения. Против их десяти крейсеров седьмого поколения шансов у пиратов не было. Подразделение вошло в эту систему. Разведчики проверили информацию — все совпало. По ее плану атаки три крейсера атаковали эсминцев, благо по огневой мощи превосходили их раз в шесть, и те, скорее всего, даже не могли их пробить. Еще пять крейсеров должны были атаковать крейсера противника. Командный крейсер и крейсер поддержки были в резерве, чтобы с базы никто из пиратов не мог уйти. Начало было гладкое: вышли в зону атаки эсминцев и крейсеров синхронно, резерв встал четко напротив доков станции. Начался бой. Тут я заметил, что ее лицо немного побледнело.
— К тому моменту, как мы безболезненно развалили уже все эсминцы и добивали предпоследний крейсер пиратов, на нас вывалился их тяжелый флот. В атаке на нас приняло участие десять топовых линкоров восьмого поколения и двадцать крейсеров, каждый из которых выпустил дронов. Против наших крейсеров это было чересчур. За три минуты были уничтожены семь наших крейсеров. Нам повезло — флагман стоял за базой пиратов, и это спасло нас. Мы успели уйти в варп-прыжок в другую систему, оттуда подали сигнал на ближайшую базу флота, к нам выслали в поддержку тяжелое ударное соединение. В его составе мы вернулись уничтожать пиратов. Когда мы пришли в систему, выяснилось, что база — пустая коробка, рядом валяются остатки пиратских эсминцев и крейсеров, остатки наших разбитых кораблей. Получилось, что мы атаковали муляжи и попали в западню пиратов. Дальше был разбор полетов, мне, как аналитику, планировавшему атаку со столь плачевными результатами, вкатали тридцать лет в этой тюрьме. Тут уже два года, оказалось, что у них не было нормального врача, и мне дали эту должность. Поскольку я имела торговлю и экономику в четверке, я помогала с реализацией руды начальнику. Мне делали послабления и даже выделяли какие-то маленькие деньги. За то время, что я тут была, нас атаковали пираты раза три, и каждый раз мы успешно отбивались.
Увар, внимательно слушавший ее рассказ, решил задать три вопроса:
— Мила, какой у тебя интеллект, какие базы ты знаешь и сколько тебе лет?
Мила, выйдя из своих воспоминаний:
— Мне 26 лет, и у меня 212 интеллекта без имплантатов, иначе не стать аналитиком. По базам у меня выучены следующие: аналитик флота — 5, торговля — 4, экономика — 4, математика — 5, навигация — 5, управление фрегатом — 4, медицина — 4, диспетчер станции — 3.