– Они смотрят этот цирк? – тихо спросил я у него. Уточнять, кого я имею в виду, не требовалось, и Эд, отвлёкшись от чтения сообщения на своём телефоне, посмотрел на меня.
– Да, смотрят. Оказывается, это шоу идёт сразу в прямом эфире, и на самом деле у Бурка есть чему поучиться, – его телефон тренькнул, и он снова посмотрел на экран.
– Что там у тебя? – я раздражённо выхватил у него из руки телефон и почувствовал, как мои глаза расширяются. – «Не забудь стереть с него лак и сделай так, чтобы эта слащавая гейская улыбочка не портила нашего главу», – прочитал я и швырнул телефон Эду.
– Это не тебе предназначалось, – тихо ответил на мой невысказанный вопрос Эдуард. – Сейчас я пытаюсь рассказать Роману о твоей встрече с его отцом. Рома слегка… огорчён и обескуражен. А когда он в таком состоянии, то сам не понимает, что несёт.
– Ну-ну, – процедил я и вернулся в студию снова сев на диван, потому что режиссёр делал отчаянные знаки, извещающие, что реклама подходит к концу.
– Итак, господин Наумов, что вы ответите на мой вопрос? – упрямо проговорил Бурк.
– Я отвечу, Тим, что и вы, и те, кто задавался подобным вопросом, ошибаетесь. Я не был увлечён Уилсоном и больше его не видел после того весьма запоминающегося приёма. В Столичной Школе Магии не поощрялись подобные увлечения, – и я улыбнулся краешком губ.
– В Школе магии? – Бурк растерялся по-настоящему. Вот это да, неужели никто во Фландрии действительно не знает, что я маг, за очень редким исключением? – вы учились в Столичной Школе Магии? Но почему?
– Как это почему? Потому что все маги, начиная с тринадцати лет, обязаны начинать обучение в магических школах, закрепленных за регионом их проживания. А вы что не знаете об этом указе, Тим?
– Но тогда получается, что вы – маг? – я полюбовался огромными глазами Бурка.
– Получается, что да, – я широко улыбнулся. – Артефактор, если быть точным.
– А что это значит? – он спросил это с каким-то жадным любопытством. В зале все так же стояла напряженная тишина, готовая в любую минуту взорваться.
– Это значит, что я умею делать артефакты.
– Какой интересный хм… дар, – наконец нашёл, что ответить Тим.
– Вообще, создание артефактов – это весьма трудоёмкий процесс, и, смею заметить, очень доходный. Поэтому вполне можно мой дар, как вы выражаетесь, назвать интересным.
– Но ваш ныне покойный отец никогда не упоминал, что воспитывает мага. Наверное, это стало для него ударом? Человек, который совершенно об этом ничего не знает, – он так наигранно вздохнул, что мне захотелось сломать ему нос. Память Саши я очернять никому не позволю.
– Ну почему же. Мой отец, – я выделил это слово, – прекрасно справлялся со своей ролью. Почему он должен был считать меня чуть ли не прокажённым, если сам обладал даром? Александр Наумов был магом, а конкретно – эрилем. Так что назвать его несведующим – это проявить неуважение к его памяти. А вы не знали? – Я очень искренне улыбнулся, стараясь не подавать вида, что последний вопрос меня просто взбесил. – Отец лично настоял, чтобы я обучался в лучшей школе столицы.
– Александр Наумов оказался весьма, хм, интересным и, не побоюсь этого слова, загадочным человеком. Кто бы мог подумать? – Тим решил всё же остановиться и на достаточно позитивной ноте слезть с этой довольно щекотливой темы. В зале раздался одобрительный гул и аплодисменты. Я выдохнул.
Больше никаких провокационных вопросов мне не задавали. Маги и магия – вот чему была посвящена сегодняшняя передача. Точнее нет, не так. Передача полностью скатилась в болото сплетен и слухов, окружающих школы магии и магов в принципе. Во Фландрии магов не жаловали и в своё время сделали всё, чтобы их в стране практически не осталось. Насколько мне было известно, здесь находилась всего одна школа магии и то сомнительного качества. Зато власть имущие очень охотно пользовались услугами магов, как, например, Моро со своим бункером и защитным куполом над его поместьем. Вот такое непонятное мне противоречие. И то же самое так упорно хотят провернуть в моей стране.
Воспоминаниям о своих недолгих школьных годах я и предавался всё оставшееся эфирное время. Так много и долго я никогда не врал, потому что, по факту, мне рассказывать было нечего, и я честно мешал свои воспоминания с теми, что видел у Ванды, приукрашивая и дополняя.
– Ну что же, ты весьма неплохо держался, – встретил меня в гримёрке Эд, куда я вошёл после часового интервью. – Бурк не стал на тебя давить, чем явно снизил свой рейтинг на пару пунктов. Как удобно, что магов здесь боятся.