- Ну у вас и порядочки! - возмутился Ромка.
- А у вас не так?
- Не так. Но я точно не знаю. Тоже, конечно, плохо, но не так.
- Вам, значит, повезло.
- Ты будешь нашим помогать?
- Конечно, с Дудкой я уже все оговорил. С такими возможностями, как у вас, богатым стану.
- А если попадешься?
- Тогда не повезет. Как я понял, ты главный по переходам?
- Я. Прибор первым я включил, вот он на меня и настроился.
- Я понял... - Артуро немного замялся. - Роман, когда я в подвале был, ты все видел?
- Нет, только меньшую часть.
- Я там кричал, унижался. Ты не подумай, что я такой. Просто все было так неожиданно. Но я не уверен, что выдержал бы, даже если бы и был готов к такому. Поэтому ты мне не очень много говори про ваши тайны. Если попадусь, боюсь, что все расскажу.
- Кому попадешься? Дяде?
- Нет, жандармам. Если банки или богатых грабить, то это будет расследовать жандармерия. А там не церемонятся. Бьют. И сильно.
- Это разве разрешено? - удивился Ромка.
- Нет, но и не запрещено.
- Порядочки у вас. - Ромка поежился.
- Не раздумал?
- Нет. Мне особо терять нечего. Я ведь сирота. Здесь мне ничего не светит. А вот с Дудкой я буду при деньгах. Разживусь. А если попадусь... Ты говоришь, у вас там бьют?
- В жандармерии. И это не дядин ремень. Когда он меня бьет, я молчу. У жандармов тоже буду стараться молчать. Ты не думай, я не слизняк. Но если будет так, как в подвале, боюсь, что не выдержу и все расскажу.
- Ты так спокойно говоришь про дядину порку, не стесняешься.
- А что такого? Зачем скрывать то, что знают многие? У вас разве не так?
- Нет. Я... меня тоже отчим... но я не рассказываю, а когда он... то я не молчу. Я что, слабак?
- Ну почему? Ты же не побоялся броситься меня спасать? Как я понял, если бы у тебя не получилось, никто бы к тебе на помощь не пришел, так?
- Так. Дудка мог, но он вряд ли рискнул бы прибор оставить.
- Значит, ты не слабак.
- Понятно... Грудь болит?
- Сейчас не очень, а вот под утро болела сильно, но Дудка лекарство дал.
- Артур... Артуро, - поправил себя Ромка, - ты не очень-то на него налегай, привыкнешь, наркоманом можешь стать. Это ведь наркота.
- Я знаю. У нас многие наркотики принимают. Умирают. Видел я эти ломки. Думаю, что не привыкну. Марихуану же курю и ничего.
- Ты... ее?! - опешил Ромка.
- А что такого, она разрешена.
- Но это тоже наркотик.
- Знаю. Но у нас многие балуются. Главное, на более тяжелые не подсесть. Я же не подсел? Хотя два моих друга не смогли. Один сейчас лечится. Выйдет из клиники, здоровым не будет. Я таких знаю. А второй уже не колется. На каторге он. Деньги на наркотики нужны, вот он и сорвался. Я-то с друзьями по мелочам, да с опаской, а он обколотый прямо на центральной улице с женщины шубу хотел снять. Конечно, ночью дело было, но его тут же скрутили. Дали семь лет каторжных работ. Если вернется, то, скорее всего, калекой.
С Артуро они проболтали почти до вечера, пока не вернулся Дудка. Сходил, видимо, неудачно, потому как был зол и раздражителен.
- Все, пацан, иди домой, баиньки.
Пацаном Дудка называл Димку, потому как тот был с боку припеку, а тут и его так назвал, как будто он пустое место. Пока Ромка шел к двери, Дудка уже названивал Кучерявому.
- Заходи, базар есть. Надо подумать, что-то мне не нравится расклад.
Кучерявый ему советчик, а он нет. Он просто никто, пацан. Ладно, плевать на него, пусть думает сам. Зато теперь есть еще десять тысяч рублей и можно встретиться с Аней. Вот это девчонка! Бомба!
Повторить вчерашний успех Ромке не удалось - негде. Анины родители должны вот-вот вернуться, а в его квартире та же ситуация с отчимом. И все из-за того, что Дудка велел ему сидеть и смотреть за Артуро. Но парень отличный, друг из него что надо! Не то что Димка или этот Сенька.
С Аней он прогулял весь вечер, посидели в кафешке, увидели общих знакомых. Ромка, конечно, хвастался, девчонки ахали, а их парни молчаливо завидовали. Вот так-то!
Следующая неделя пролетела быстро. Он снова уединялся с Аней, она ахала и охала, а он гордился своими мужскими успехами. Видел пару раз издалека Пирога, но тот уходил с его пути. Боится! Пусть все боятся! Еще бы Костыля найти и накостылять ему за то, что Аню обидел, но тот не попадался. Испугался, что ли? А что? Может, и испугался.
Несколько раз он по заданию Дудки оставался в его квартире, пока тот бегал, искал пути для реализации будущего товара. Ромка разговаривал с Артуро, и тот все больше ему нравился. А еще через несколько дней Артуро стал выходить во двор. Раны у него быстро заживали, видимо, тоже сказался эффект от перехода. Но шрамы останутся, вряд ли рассосутся. Сейчас они выглядели страшно, но со временем придут в более приемлемый вид. В конце концов, шрамы мужчину украшают.