- Да понимаю я, Дим.
- А раз понимаешь, то и другу помочь обязан! Я разве тебе не помогаю? Если бы не я, был бы как этот лох. Что, не так?
- Не знаю.
- Так!
- Но в речуге общежитие, питание и обмундирование бесплатные, даже стипендия есть.
- Копеечная!
- Хоть какая. Мне сейчас даже одежду купить не на что. Сам же прекрасно знаешь. Думаешь, приятно в таком рванье ходить?
- Ладно, не боись. Ты мне друг, с братухой поговорю, пусть он тебя денег одолжит. Без процентов! По-дружески.
- А отдавать?
- Отдашь чем-нибудь. Не мне, а братухе. Я бы тебе и за так отдал, как другу.
- А чем отдавать? У меня ничего нет.
- Работой. Постоять, там, на шухере, вещички перенести. Отработаешь! Ну?
- Не знаю.
- Думай!
Дальше Ромка идти не смог - забрел в лес, а там бурелом. А разговор, который он подсмотрел, его огорошил. Это сейчас он знал, что собой представляет Димка, а вот его двойник так и не понял. Деньги братухи! Ага! И у Димки есть. Братухой прикрывается. Радетель другу - проценты не берет. А отрабатывать двойнику придется на уголовке. Ясен пень, что воровать что-то будут. А Ромка крайний. Если нарвутся на ментов или охрану, то Ромкой прикроются, его и подставят, а сами сбегут. И в ментовке на допросе Ромка промолчит, никого не выдаст, значит, на себя все возьмет. Вот так-то. Помочь надо бы двойнику, подсказать. Но это после.
А сейчас расстроенный Ромка с тремя друзьями вернулся к Сенькиному дому. В квартире по-прежнему никого. Позвонить, что ли, снова? Но только не из этого места. Отойти на несколько сот метров, найти дом и перейти в какой-нибудь подъезд, чтобы не видно было. Оттуда и позвонить. А затем сразу же обратно.
А вот это интересно. Мужики в спецовках, телефонные работники. Ромка на них внимания и не обратил бы, если бы не ждал чего-нибудь подобного. Пошли к Сеньке жучки и камеры ставить.
Ромка быстро заскочил в соседний с Сенькиным подъезд, набрал номер.
- Я слушаю.
- Когда Кольцова привезут?
- Примерно через полтора часа.
- Давай, дядя, звони, чтобы монтеры из Сенькиной квартиры ушли. И все, что успели поставить, чтобы сняли. А то будем стрелять.
На том конце провода замолчали.
- Эй! Есть там кто?
- Да... есть, - мужчина был явно не в своей тарелке. Видать, не ожидал, что ребята все видят.
- Даю десять минут. Чтобы все сняли!
Ромка сразу же бросился чуть в сторону, пробежав несколько десятков шагов. Вот она Сенькина квартира. Точно, монтируют. Так, звонок. Ага! Клюнуло! Старший отдал распоряжение подельнику снять жучки и быстро уходить. То-то же!
Сеньку привезли через пару часов после звонка. Выпустили из машины, а сами уехали. Друг стоял у дверей подъезда и ничего не понимал. Потом развернулся и бросился к себе домой. А ключей-то нет, и дома никого. Ромка высунул голову через окно и, протягивая руку, сказал:
- Давай, Сень, быстрее.
Сенька удивился, но сориентировался, и вот он уже в объятиях друзей.
- Ребят..., - а у самого глаза на мокром месте.
- Ладно, Сень, ты чего? Мы же тебя не бросим!
Ну, а дальше пошли рассказы. Парни говорили (хвастались!) о своей жизни в новом мире, а Сенька больше молчал или улыбался. Только как-то невесело. Тяжело вспоминать о том, что с ним было после ареста? Или на него так повлиял звонок матери, которой друг позвонил почти сразу же, как встретился с друзьями?
А причина немного подавленного настроения прояснилась, когда Ромка спросил друга, зачем тот признал свою вину в ограблении, которое было в лесу близ Ладоги. Ведь не били же тогда? Или били?
- Тогда не били. А чего отпираться? Свидетели, они же потерпевшие, есть. Меня опознали. Бить начали потом, про вас спрашивали, про оружие, где хранится. Тогда я ничего не сказал, а когда отправили в Москву, там...
На глазах Сеньки выступили слезы, да и голос задрожал.
- Там я всех выдал, не смог терпеть. Сразу же после первого раза.
- Первого чего?
- Ну...
Сенька замялся и, уже размазывая слезы по лицу, показал на свои уши. Ого, да это вовсе не грязь, как можно было подумать с первого взгляда!
- Чего это?
- Ток.
- Гады! Кто сделал?
Сенька молчал, слегка подрагивая телом.
- Лискин?
Сенька, всхлипывая, кивнул головой.
- Блин! Надо было его убить, а мы, а я...
Попадись сейчас Лискин в Ромкины руки, точно, живым бы не ушел.
Когда друг, наконец, успокоился, Ромка сказал:
- Сень, тебе нельзя там оставаться. Жизни не дадут. Давай к нам.
- А мама и Даша?
- Их тоже с собой бери. У нас свой поселок. Ребята тоже родню думают перетащить. Ну?
- А работать маме где? Даше учиться надо. А паспорта?
- Все сделаем. А там у нас паспорта не нужны. Их просто нет. Водить научишься, права получишь, там это как паспорт.