Пока Ромка с другом навинчивали глушители, остальные ребята успели рассредоточиться, окружив всю кодлу. И тоже полезли во внутренние карманы своих курток, достав пистолеты. Правда, без глушителей. Но от этого смотревшиеся не менее внушительно и опасно. Еще больше, пожалуй, испугало компанию Ржавого выражение лиц ребят, которые их окружили. Холодные, злые глаза и спокойные, бесстрастные лица. Это пугало не меньше вида стволов в руках неизвестным им ребят.
- Не уймешься? - процедил Ромка.
Затем он, не целясь, нажал на курок. Раздался негромкий хлопок и в землю перед ногами Ржавого впилась пуля. Тот инстинктивно дернулся назад. Большая часть его подручных развернулась, но обреченно застыла на месте - на них смотрели пистолеты ребят, окруживших их компанию.
- Вчера мы завалили троих. Одного сделал я, а двоих, - Ромка повернул голову и, найдя взглядом Сеньку, кивнул на него. - И что мне с вами делать? А? Можно, конечно, перестрелять, только девять трупаков куда деть? Жить хочешь?
- Хочу, - угрюмо ответил Ржавый.
А что ему еще оставалось? Против такой силы не попрешь. Дураков нет. Даже дебильчики из вспомогательной школы это поняли и теперь стояли с испуганным видом, глядя на нацеленные в их сторону стволы.
- Много дани собрал за лето?
Ржавый молчал, отведя взгляд.
- Значит, так. Сто косарей принесешь. Это раз. Чтоб больше всех вместе я не видел. Это два. Если узнаю, что кого-то побили, виновному сломаю что-нибудь. Это три.
- Ром, - вмешался Артуро, - я понимаю, ты хочешь их отпустить? Тебе, конечно, виднее, но я бы их перестрелял. Так проще, и проблем потом с ними не будет. Это ж тупое быдло. Сейчас в штаны наложили, а завтра увидят тебя одного, захотят отомстить.
- Ты их запомнил? Ребята тоже. Зарыть их тепленькими всегда сможете.
Ага, кажется, до некоторых дошло. Двое обмочились. Значит, только сейчас поняли, насколько все серьезно.
Ромка, презрительно окинув взглядом жалкую картину, развернулся к выходу из сквера. За ним следом, пряча пистолеты в карманы курток, потянулись и его ребята. Теперь нужно убрать оружие в тайник. Но на пустырь Ромка повел свою команду окольным путем - нечего посторонним знать, куда они пошли.
На следующий день в школе ажиотаж вокруг Ромкиной персоны немного стих, но, оказалось, ненадолго. Видать кто-то из компании Ржавого все-таки проболтался, и новость о стычке прошлым вечером Ромки и его бригады (да, именно так назвали его друзей) с парнями Ржавого быстро разошлась по старшим классам. И, как всегда, конец цепочки слухов оказался немного преувеличенным. В коридорах уже говорили о десяти и даже чуть ли не пятнадцати человек, которых привел с собой Ромка. Помимо пистолетов, в руках членов его бригады оказались финки, мясницкие ножи, нунчаки. А сам он, оказывается, чморил самого Ржавого, и тот ничего со своим обидчиком сделать не мог. Якобы двое из Ромкиной бригады крепко держали Ржавого - один за волосы, а второй придерживая его за подбородок, держал у горла острую финку. Сам же Ромка в это время бил Ржавого руками и ногами.
М-да, вот только как это могло быть? Нож у горла человека, которого в это время зверски избивают? Тут что-то только одно. Но ведь верили. Верили и бежали пересказывать офигительную новость другим. Так что теперь после последнего урока, когда Ромка вместе с Сенькой спускался по лестнице, вокруг него образовался пузырь, ближе двух метров никто не рисковал к нему приблизиться. Даже одиннадцатиклассники!
Не заходя домой, Ромка с Сенькой помчались к своим друзьям. Сегодня опять много дел! Да и уроки, оказывается, задали. Ромка-то, как всегда, собирался пролениться, использую будущие переменки, а вот Сеньке нужно готовиться. Не доставало начать учебный год с двоек. Его мама расстроится, отругает, да и запретит на время длительные отлучки из дома. А это им надо? Ромке-то проще, никто над ним не стоит, дневник не проверяет. Дядя Володя совсем тихим стал, воспитывать больше не лезет.
Друзья оказались в сборе, заодно вместе и перекусили. Рюкзакам, конечно, парни удивились. Почему "конечно"? В их мире школьники ходят в гимназии с ранцами. И рюкзаки за плечами у Ромки и Сеньки (а также тех пацанов, которые теперь шныряли по улицам) для новичков смотрелись дико. Ранцы жесткие, ничего не помять, а в рюкзаках? Все же сомнется! И отсутствием единой формы тоже удивились. Ничего, пообвыкнут, перестанут изумляться. Ромка же не удивляется некоторым вещам, которые он видел в их мире? Сейчас не удивляется, а раньше, конечно, рот раскрывал.