Постоять на берегу, пошуметь, привлекая к себе внимание жителей заволжского поселка? Можно, но не нужно. Ведь неизвестно, что там за люди. Может, крутые какие? Сам рад не будешь, что увидят, переплывут реку, да и повяжут ребят.
Но раз есть поселок, пусть и на другом берегу, значит, стоит поискать и другое жилье. За оставшееся до наступления темноты время ничего не нашли, зато на другой день, бредя по перелеску, вышли на грунтовую дорогу, причем в хорошем состоянии, не запущенную. Раз есть дорога, то она должна куда-то вести, что-то соединять. В какую сторону двигаться: к югу или к северу? Южнее больше возможности встретить цивилизацию, но и нарваться на неприятности шансов больше. Решили пойти на север.
Дорога привела к уютному домику (скорее, усадьбе), скрытому от глаз посторонних за высоким забором. Но никаких камер слежения не было, что немного успокаивало.
Ромка на правах старшего решил отправиться на разведку, благо Артуро остался в коммуналке вместе с прибором. Но новички (а ими были все остальные ребята), неожиданно заупрямились, попросту запретив ему рисковать в одиночку.
- Пойдем все вместе, в случае чего поддержим друг друга, у нас пять стволов и после той стрельбы в овраге уже знаем, где и что нажимать.
И ведь не возразишь! Дверь в заборе оказалась почему-то не запертой, и ребята просочились внутрь усадьбы. Оружия, конечно, не доставали, здраво рассудив, что местные обитатели вряд ли испугаются пятерых прилично одетых подростков. Так и оказалось. Посмотреть на гостей вышло трое мужчин, которых по их внешнему виду, по осанке, выражению глаз простыми мирными обитателями не назовешь. Было в этих мужчинах что-то такое. Сильное, что ли.
Поздоровались, представились, назвав свои имена. На имя Рюрика мужчина, стоявший в центре, оживился.
- Интересное имя! Ты русский? - спросил он немного скуластого Рюрика.
- Сибиряк, - а ведь, действительно, в мире Рюрика он по национальности не русский, а сибиряк.
- Ага! - удовлетворенно ответил мужчина, переглянувшись со своими спутниками. - Драться умеете? Хотите заняться всерьез?
Теперь очередь переглядываться настала и у ребят. Странные вопросы.
- Ну, я умею, - сделал шаг вперед Ромка.
- Сколько тебе лет?
- Четырнадцать.
- В принципе вполне терпимо, к пятнадцати годам как раз подоспеешь. Если приглянешься.
- А куда я должен подоспеть? - Ромка не понял слов мужчины, но тот уже говорил, повернувшись к одному из своих спутников:
- Давай, проверь-ка его.
- Пойдем, - сказал тот, обращаясь к Ромке.
- Куда?
- Переодеваться. Ты что в этом собрался показать свое мастерство?
- В смысле, драться? - до Ромки, кажется, стало доходить.
- Нет, танцевать, - буркнул мужчина и, повернувшись, пошел в сторону дома.
- Танцевать? - Ромка ничего не понимал, но раз его приглашают, то почему бы и не сходить, заодно, глядишь, что-то и прояснится.
Зайдя вслед за мужчиной в одну из комнат, Ромка застыл на пороге. В центре стоял самый настоящий ринг, немножко не такой, как в его мире, но то, что это ринг, было понятно.
- Давай раздевайся, - мужчина кинул Ромке ворог каких-то кожаных вещей.
Кинул и сам стал раздеваться. Ого, какие мускулы! Когда Ромка разделся до трусов, мужчина стал прилаживать на него кожаную одежду. Это что, типа панциря? Одев Ромку, сам же одеваться не стал. А затем настала очередь и головы. Мужчина натянул на Ромку шлем. Интересный шлем! На висках уплотнение, на лице почти сплошная маска, оставившая открытыми только глаза, да рот. А самое толстое уплотнение на носу. Странно. В боксе лицо открыто, а здесь почему такие предосторожности? Это что же, ногами можно бить по голове? Как в китайских фильмах кунг-фу? Или это бои без правил?
- Пошли во двор, - он вытолкал Ромку обратно.
Ребята стояли в сторонке, озираясь по сторонам, а двое мужчин уже сидели в креслах на веранде и что-то попивали из высоких бокалов.
- Правила все знаешь?
- Нет, - ответил Ромка.
- Бестолочь, впрочем, тебе они и не нужны. Правило одно - можно бить куда угодно... Не бойся, - мужчина, заметив удивленные глаза Ромки, добавил, - не покалечу, я аккуратно. А ты можешь всяко, хотя вряд ли у тебя что-то выйдет.
- Почему? - Ромка вскинул голову.
- Я из основного пула, - что означали эти слова, Ромка не понял, но промолчал.
А после начался поединок, точнее, избиение младенцев. А еще точнее, одного младенца - Ромку. Тот уже падал на землю раз двадцать, толстая кожаная одежда, казалось, совсем не защищала от точных и сильных ударов мужчины, который демонстративно показывал свое превосходство над Ромкой.