— Милорды, на реке показался корабль со стягом Маурирта!
Кассад выдохнул полной грудью. Дядя и Тейт боятся идти по пути отца. Они понимают — новая война будет намного кровавей и ожесточеннее прежней. Неужто ввергнуть народ в ее тяготы должен он?
Лучше обождать… Зартанг — лорд и он захочет выслушать послов. Кассад поднялся.
— Ладно, не будем спешить, вначале узнаем с чем приплыли колыбельные псы!
Кассад не собирался идти на пристань, чтобы встречать посольство. Пусть брат-лорд пресмыкается! Пора выяснить его отношение к давним врагам.
— Я навещу Зартанга. Расскажу о прибытии Маурирта и настою на том, чтобы переговоры состоялись сегодня же! Их требования мы выполнять не будем! Хорошо бы им сразу уплыть восвояси, а не ночевать под кровом моего отца.
Тейт тоже встал и пожал ему руку. Нерк оставил трубу на комоде и выскочил из покоев.
— Отлично, Кассад! — похвалил дядя. — Будь добр, призови моих носильщиков, я тотчас отправлюсь в главный чертог. Передай лорду, я жду всех там!
Кассад зашел в комнату для слуг, сказал им о желании дяди. Потом заскочил к себе — на уровень ниже, чтобы переодеться в парадное. Лерика вышивала, сидя у окна, еще более узкого, чем у дяди. Он менял одежду без челяди — торопился, и жена почувствовала неладное.
— Что произошло? — спросила она, отложив шитье.
— Маурирта. Их корабль скоро причалит.
— Ты… Ты не злись.
— Со мной все в порядке, — успокоил он жену, хотя ему было отнюдь не спокойно, и выйдя из покоев, зашагал в Главную башню.
Далеко Кассад не ушел. Навстречу спускался Зартанг, и они встретились прямо на лестнице.
— Хотел позвать тебя, брат. Корабль из Колыбели. Видимо еще одно посольство, — сказал Зартанг, прислонившись спиной к стене.
— Знаю. Гонец из Века прибыл этим утром.
— Вот как? Ты мог бы меня предупредить.
— Решил не беспокоить своего лорда, — не удержался от сарказма Кассад, но Зартанг не обратил на колкость никакого внимания.
— Я хотел бы…
— Мы с Тимоном решили, что переговоры лучше провести немедленно, и послам лучше убраться до ночи, — с нажимом произнес Кассад, оборвав брата. — Дядя уже ждет в чертоге, и я направляюсь прямо туда.
Полумрак залег на лестнице, ни дать не взять — медведь в берлоге, но Кассад увидел, как блеснули синевой глаза брата.
— Я хотел бы, чтобы ты вспомнил, чего добивался наш отец.
— Он думал начать войну! — высказал правду Кассад, чуть не добавив, что сделает то же.
— Верно, брат. Однако война — лишь средство, необходимая горькая пилюля. Через нее лорд-отец думал прийти к процветанию для всего нашего народа. Ты должен уяснить, это и моя цель!
Зартанг опять его поучает. По-прежнему считает, что он глуп!
— Вот оно как! Полагаешь, процветание возможно без свободы?
Не сказать, чтобы он сильно злился, нет. Он уже попривык к боязливости нового лорда, также как с детства привык к его высокомерию.
Зартанг оттолкнулся от стены, заложил руки за спину.
— Нет, — вдруг признал он правоту Кассада. — Но пойми! Мы не готовы! Хисанн не выстоять против Колыбели в одиночку! Ты же видел наше поражение в прошлый раз. — брат схватил Кассада за рукав. — Мы должны ждать подходящего времени. Времени, когда они станут слабыми. И тогда, я обещаю, мы нанесем удар!
Ждать. С Зартангом быстрее скончаешься… Кассад промолчал.
— Я прошу, не испорти переговоры, — тихо сказал старший брат.
— Пусть так, послы есть послы, им ничего не грозит, если они не обнаглеют больше, чем прошлогодний толстяк, — все-таки пообещал Кассад.
— Не обнаглеют. Я вскоре приведу их в зал.
Главный чертог — не очень вместительный, зато с высокими потолками и парой красивых колонн, украшенных затейливой резьбой. Дядя уже сидел за столом — тем самым, где при отце лежали карты, вырезанным в виде Слезы из ядовитого дерева тонка. Его темная сапфирового цвета поверхность, залакированная и гладкая, могла прослужить не один век. Кассад не помнил, кто из его предков соорудил большой стол.
Кассад уселся на первое место по правую руку от кресла лорда. Рядом дядя, а следующее место для Тэйта. Послы сядут напротив, значит, Мейду Хирунн и его зеленому юнцу-сыну придется довольствоваться дальними местами. Ха! Оттуда и в разговор-то не влезть, да и делать это чтецу незачем. Кассад почувствовал злость и решимость, мало ли что там просил его брат.
Тейт пришел вскоре, слуги Зартанга принесли кубки и вино. Друзья отца молчали, и он тоже — в главном чертоге у стен могут завестись уши. Ждали они не так уж долго — вздохов тридцать. Дверь отворилась вошел Зартанг, послы, Мейд, хорошо еще без своего отпрыска.