Самое печальное — Лойон ему верил. Верил с того первого дня, когда Маладут рассказывал о похищении Литы спокойным голосом. Он чуял, что Маладут, считай, пустышка и все равно надеялся — еще чуть-чуть поднажать и тот выдаст сокровенные тайны клещей, а ему только и останется: прийти и взять их за горло.
Не хочет он идти дальше, даже притом, что ощущает себя полным дураком. Негоже повиноваться Безжалостной! Лойон сделал знак Боку, и тот полностью ослабил дыбу, плеснул воды из кувшина пленнику в лицо.
— Возможно я не убью тебя сегодня. Возможно даже прекращу пытки! Мое милосердие ничего не изменит — ты принимал клещей в таверне, не доносил о своем родственнике Зеваке, не разузнал о мерзавцах что-либо важное. По закону за это полагается казнь. В моих силах подсказать пару слов новому королю, чтобы он сослал тебя в рудники, но не спеши радоваться — они просто растянут твои мучения.
Маладут, в который раз, затравленно промычал:
— Клещи… Они бы убили… Они угрожали моим детям.
— Да, да… Клещи дают клятву отказаться от родных и близких. Однако Зевака клятве не очень-то следовал.
— Он убил бы меня без всяких колебаний, — простонал Маладут.
— Угу, — согласился Лойон, пытаясь сосредоточиться на следствии, а не на надвигающейся войне. — А этот паренек, который уносил принцессу вместе с Пойло. Его кличка Лапка?
— Да, милорд.
— И с чего ты взял, что у него есть сестра и мать?
— Зевака… Он говорил, Лапка навещает их, и надобно его проучить.
Слабая зацепка — искать в огромном городе родичей Лапки.
— А Укор? Он у клещей главарь. Что еще ты о нем знаешь?
— Только то, о чем сказал. Он не местный. Давно живет в Колыбели, но родом он не отсюда.
— А откуда? — вспылил Лойон и отвесил Маладуту пощечину. — Напряги память, тупой ты лавочник!
— Я не знаю! Клянусь здоровьем детей! Я знаю лишь то, что иногда говорил мне Зевака, — запричитал Маладут, извиваясь на веревках для растягивания.
Бывший владелец таверны оказался непрост. Ему покровительствовал Эклет Урту — Третий Явитель. Их жены оказались двоюродными сестрами, и поначалу Маладут козырял своим родством, не соображая, как нагло говорит, чем чуть не довел Лойона до бешенства.
В «Краснеющем выпивохе» зачастую ошивались осведомители жнецов, но в тот роковой день, как назло, никого в зале не оказалось. Маладут рассказал под пыткой, что Укор подошел к нему и сообщил: клещи похитят купеческую дочь для заказчика из Спорных Земель, и чтобы он на задний двор не совался. Откуда ему было знать, что это дочь Гулуя Маурирта?
Жнецам не повезло дважды — Кани почти схватил одного из них, а потом преследовал клещей в катакомбах. Но он не успел на место преступления, не определил, при всей своей смекалке, что Литу уволокли другим путем.
Лойон сам написал письмо с тяжелой новостью принцу Гулую, призывая того вернуться в столицу. Встречи с неукротимым племянником он не то чтобы побаивался — раздраженно опасался. Ведь порадовать Гулуя ему нечем! Расследование почти не продвинулось, и Лойон с полным основанием полагал: принцесса и клещи давно находятся за пределами города.
Клещи нанесли ему три удара, и лишь благоразумие да остатки совести не позволяли до смерти запытать Маладута. Лойон поднялся, и разглядывая истерзанную спину узника, стоял, раздумывал, можно ли важные сведения еще из него извлечь.
В толстую, обитую железом дверь тихо постучали. Бок выглянул в смотровое окошечко и впустил в камеру Сатилл к неудовольствию Лойона. С некоторых пор он не позволял ей участвовать в подобных допросах, и даже просто наблюдать за пыткой.
Ему показалось в полутьме или дочь уже оделась в парадный костюм для церемонии коронации?
— Отец, ты не забыл, тебе нужно идти в Сокрушенный Дворец?
Да, ему пора. Совет у Геда, посвященный войне с новоиспеченным пророческим королевством. Бунт в Ските и убийство Выжившего стали еще одним потрясением для Лойона. Он закрыл глаза на недоумка Карлона, отправил его с несложной миссией, а тот ухитрился ему нагадить! Хотя Гед сказал, что внезапная война случилась к лучшему: надо им не возиться, не ожидать, а вскрыть нарыв, гниющий десятилетиями. Что ж Лойон Маурирта был согласен с наследником — братья Хисанн дорого заплатят за свое предательство!
— Я жалостлив и мое решение таково, — обратился он к связанному пленнику. — Свое заведение передашь моему человеку. Оформим договор купли-продажи: поставишь для меня подпись под чистым листом. Далее… — Лойон, наконец-то, понял, как поступить с Маладутом, отплатить ему за преступления к всеобщему удовлетворению. — Я в неважных отношениях с Бирюзовым Храмом, так что забудь о родстве и заступничестве Эклета Урту — будешь шпионить за ним для меня. Таким образом ты избежишь пыток и карьеров. Понял меня? — угрожающе спросил Лойон.