— Размышляешь о Цога, дорогая? — угадал Висар. Он оперся кистью в темно-коричневой перчатке на правый фальшборт.
— Немного. Хоть я и верю нашему брату в том, что Арацог его верный друг и ныне стал неплохим лордом.
— Тогда в чем сомнения? — спросил Висар. — Альбатросов и тех маленьких птичек, прилетающих на острова неизвестно откуда, он передал нам, как только занял место своего отца. И старые и молодые птицы не чураются людей, а лорд Виауриг обучил их возвращаться в Колыбель.
— Птицы не корабли, Висар. Твой отец сказал мне, что у еретиков совершенно не осталось леса, — Иланна вдохнула свежего ветра. Где еще можно подышать таким воздухом — чистым, еще неиспорченным Двуглавым Демоном.
— В Обители все врут, — усмехнулся муж. — Шпионы врут жнецам; жнецы, в свою очередь, привирают отцу. Откровенно говоря, все его утверждения нужно поделить надвое, — Висар дотронулся до ее руки под локтем. — Кажется, что мы столкнулись с неизмеримыми трудностями, но ты вспомни в какой спешке выпроваживали Сайдиона. Вспомни, как искали корабли в последний момент… Боюсь, Страннику очень досадна нерадивость его детей!
— С той поры стало еще хуже. Строевого леса очень мало в Атонкарисе.
— Я надеюсь на Цога, на тонка, на любую возможность! А главное молю, чтобы бог не оставил нас!
Иланна тоже часто просила Странника, но большая часть ее молитв сводилась к долгожданному ребенку.
— Я еще думаю о том, как далеко галеи Цога заходят в океан! У них ведь нет никакого порядка в исполнении долга! Как думаешь, лорд Арацог расскажет что-нибудь?
— Сомневаюсь, — хмуро сказал Висар. — Посмотри на происходящее вокруг! «Удача» даже вблизи островов сбилась с пути. А ты говоришь о плавании в неведомый океан. Я рассказывал, как провел пятнадцать дней, не видя берега. Когда Кайромон воевал в Спорных землях, наш корабль унесло далеко на запад. Госпожа по какой-то милости не забрала экипаж и позволила обозреть свое окружение. А Цога… — муж задумался, — Цога — лишь покинутые Странником еретики! Без божьего благословения они затеряются в просторах Кроны!
— Ты прав, — признала Иланна. — Однако Виауриг сказал мне, что краб Сайдиона работает. Он помогает определить местонахождение корабля.
— Знаю, — подтвердил Висар. — Дядя был гением, и если бы он не обратил свои таланты во зло… Я не спорю, его изобретение полезное. Опытные моряки всегда определяли положение от пасти к пасти на глаз. Тарелка Сайдиона помогает установить нагляднее и точнее.
— А то, что он говорил о Кроне и Вселенском Дереве? Как он мог нести подобную чепуху?
Муж помолчал, вороша прошлое.
— Мы были детьми, когда он поставил свой первый вздорный опыт! Неразумному ребенку все кажется верным, правильным, пусть и немного чудным. Разобравшись в святых книгах, повзрослев, я впитал истинную веру. Пропустил чрез себя думы явителей, знамения богов! Сайдион понемногу сходил с ума — я оглядываюсь назад и вижу, что это очевидно. Его бред невозможен: любой простолюдин и мало-мальски здравомыслящий человек опровергнет эту глупую ересь.
Висар обошел Иланну, встав спиной к борту. Он старался защитить ее от редких брызг волнующегося моря.
— Каково это — уходить в Странствие? — с затаенным величием спросил он. — Они, те кто уходят, — люди Странствующего Бога! А мы… Мы лишь мулы, обеспечивающие их подвиг. Твой отец, наш юный брат — вот истинные Маурирта!
Иланна хотела ответить мужу, согласится с ним, и вдруг по кораблю разнеслись громкие крики дозорного матроса. Он стоял на самом носу корабля, уже опустив зрительную трубу, и радостно показывал вдаль рукой.
— Земля! Земля! — восклицал он. — Острова Цога!
Глава 7. Старый Дворец
Шестнадцать кресел-кораблей в зале Поруки большей частью пустовали. Лойон смотрел на их глубокие ложа, думая о том, что и прославленные капитаны редко собирались в полном составе. Ему удалось настоять на секретности — в Королевский совет не пригласили ни главу Фуражной Гильдии, ни главу Гильдии Знахарей, ни выборного чиновника, представляющего Колыбель. Гелиментра не явилась, чтобы не затенять своего мужа-наследника. Кимирра, Иланна и Висар выполняли переговорную миссию на островах Цога, а от младшего поколения Маурирта толку немного — Лойон никак не мог решить, кого из них допустить к управлению государством.