— Тогда можно выступать под гитару, — оживилась Смея. — Крас, подыграй нам!
— Чего тебе?
— «Катится фургон по свету». Думаю, эта подойдет.
Крас взял гитару, Жердин сбегал за кольцами и встал в центр, Новит перебрасывал мячи с барышнями по треугольнику. Получилось не сразу. Смея должна была и задавать ритм и петь… Но вскоре все привыкли ориентироваться на слова песни. В куплетах мячи летели по часовой стрелке, в припевах — против. Паузы указывала гитара.
— Нормально, — оценил Крас. — Завтра ещё повторим и покажем.
— Ух, у меня руки отваливаются, — выдохнул Новит. — Не думал, что мячики станут такими тяжелыми, если бросить их тысячу раз!
— Это всё-таки не папашины золотые гири, — посмеялся Жердин. — Говорят, меч и твоё тело от тренировок становятся легче. Но всё, чем жонглируешь — тяжелеет. Ничего, привыкнешь.
— А как ты, когда накрываешь на стол в сценке свадьбы, крутишь поднос с чашками и кофейником?
— Крутить диск на пальце? Легко. Научу. Главное, вся посуда там закрепляется в специальные пазы, я потом я её снимаю и ставлю на стол, как будто так и надо.
— Эффектно, — вздохнул Новит. — В следующий раз покажешь?
— Покажу. Ты сперва колесо делать научись, пригодится, а эффекты… не главное.
— Я… учусь.
Глава 24
Через неделю, когда покидали третье селение, один сундук пришлось загрузить льдом из погреба, чтобы хранить «нежные» продукты.
Новит уже уверенно показывал переброску мячами на сцене. Смея за это время самостоятельно каталась на колесе почти безотказно. Вначале или в конце её ещё страховали, но больше половины песни она держалась сама и лихо колесила по сцене, научившись даже резко разворачиваться на месте. Жердин завёл себе круглый, гладко обточенный чурбак, который накрывал дощечкой. Становился сверху, балансируя на катающемся чурбаке, точно на качелях. В таком виде он мог хоть говорить монолог, хоть танцевать, хоть жонглировать факелами.
Запас денег почти не рос, зато запас еды еле-еле помещался в «кухне». Глава театра считал, что можно сделать перерыв в выступлениях, самое время начинать репетиции новых сценок. Но для этого нужны городские лавки. Только там они добудут нужный реквизит.
— Селения это очень мило и просто, но пора нам встряхнуть ближайший городишко и показать на что мы способны на самом деле, — решил Папаша. — Что там поближе?
— Баронское гнездо, — Старик развернул подробную карту Западного края. — Две тыщи взрослых жителей, вырос вокруг старинного замка. Главного промысла нет, торговый городишко.
— После гранитного карьера оно и лучше, — буркнул Папаша. — Ключ на гербе?
— Да, потомки баронского рода всё ещё держат городок под покровительством. Вся стража — частная гвардия с присягой баронам.
— Разве он на границе? Есть угроза?
— Всего лишь перекресток. Осенние набеги, видимо.
— Стены двойные?
— Да.
— Съездим, посмотрим, — Папаша хмуро вырезал ножом головки и шкурил до гладкости новые палки для факелов. Делал вид, что городские представления его не беспокоят, но полностью прогнать тревогу не удавалось.
— А если приглашение в замок? — спросил Жердин. — Сразу сбежим? Успеем ли?
— Говорю, посмотрим. Смотря, кто там держит этот городишко. Если он — ничего, можем рискнуть. Веда, что скажешь о владельце замка?
— Не знаю, порадует вас или огорчит, но в этом городе всем заправляет женщина. Не знаю, дочь барона, жена, вдова, свободная наследница…
— О, это в корне меняет дело! — оживился Папаша. — Крас, твой выход!
— Как же, — лениво потянулся красавчик. — Как что, так «Крас»! А если эта вдовушка по интересам ближе вам со Стариком?
— Тем более удача, — подхватил Жердин. — Старик женится на наследнице, и город будет наш!
Когда стих смех и актеры окончательно решили навестить Баронское гнездо, Новит потихоньку спросил приятеля, чем обычно оборачивается приглашение в замок? Все ли замковладельцы такие уж самодуры, и на что идут, чтобы развлечься?
— Не все, конечно, — вздохнул Жердин. — Выступление в замке — хороший куш за один вечер. У нас есть всякие страховки, право гостя, сразу просчитываем пути к отступлению, Смея обязательно заряжает под корсет ножны кинжала… Но риск велик и никаких гарантий. И чем дальше, тем хуже риск.
— Почему?
— Веричи. Сейчас она ещё выглядит совсем девчонкой, когда старается, а дальше?
— А звание, равное дворянскому? Она может в крайнем случае поставить предел?
— В теории — да. Но это же Веричи, — Жердин сокрушенно покачал головой. — Её легко сломать. Думаешь, главная опасность, если кто-то слишком настойчиво вцепится в наших девочек? Да их только тронь, себе дороже, и мы защитим, если что. А кто защитит нас? Бывает, в замке или в любом особняке собирается компания друзей хозяина. А после представления в доме — всегда ужин для гостей и артистов — как равных, вместе. Сбежать трудно, обида щедрым хозяевам.