***
Понедельник. 16 число.
- Приехали, - женщина протянула купюру в пять долларов водителю такси. Сдачи не надо
Дверь автомобиля открылась и Луиза вышла наружи. Каждый раз ей было тяжело возвращаться сюда, но иначе было нельзя. Совесть. Нет, не совесть. Долг? Нет, наверно, что-то большее. Наверно любовь. Именно любовь к своему сыну заставляла ее приезжать сюда и видеть то, что когда-то могло стать семейной идиллией.
- Как давно случилась авария? - спросила у Луизы доктор Монк.
Дверь на передний двор была приоткрыта. Томас никогда ее не закрывал.
- Два года назад, - ответила Луиза. Чуть больше. Сегодня десять лет с момента их свадьбы.
Луиза переступила порог и у нее словно перехватило дыхание.
"Да. Возвращаться сюда каждый раз для меня становится все сложнее и сложнее."
- Он с ней общается? - спросила доктор.
- Да, - кивнула головой собеседница, осматривая аккуратно постриженный газон. Общается непрерывно и ухаживает за ней.
Прошлые психоаналитики мало чем помогли Томасу. Но Луиза тратила большие деньги на самых лучших докторов, стараясь хоть как-нибудь помочь Томасу. Он был ее сыном и она его сильно любила.
Непроизвольно она бросила свой взгляд на окно спальни. Шторы были темного цвета и полностью закрывали окно от солнечного света.
- Вы думает для него сегодня особенный день? - спросила психолог.
- Более чем, - кивнула головой Луиза.
По лицу психолога Луиза поняла, как та удивилась, увидев гараж.
- Мой сын любит все, что связано с шитьем, - улыбнулась Луиза, посмотрев в тоже место, куда пал взгляд психолога.
Гараж был обшит тканью розового тона, и теперь скорее напоминал замок, чем прибежище для автотранспорта.
- Подождите меня минутку, я скажу Томасу, что пришла не одна, - Луиза знала, насколько Том не любил беседовать с докторами.
Сам он признавался в том, что теперь все его время принадлежит только Кэтрин.
***
Обойдя весь дом, Луиза поняла, что Тома не было дома. Томас редко ходил в магазин и с момента аварии больше не работал. Мама помогала деньгами, понимая как тяжко сыну и не могла бросить его при таких обстоятельствах, несмотря на то, что раньше они часто ругались и открыто ненавидели друг друга. Том съехал от матери в семнадцать лет и редко с ней общался. Теперь вспоминая об этом чаще, чем когда-либо, у Луизы в такие моменты щемило сердце.
- Он наверно в гараже, - пожала плечами Луиза, прикрывая за собой дверь. Пойдемте.
Доктор была какой-то скованной, хоть и являлась в своей области настоящим профессионалом. Но такие случаи единичны. В ее практике ничего подобного уж точно не было.
- Он сам сшил куклу своей жены? - осторожно задала свой вопрос психотерапевт.
- Да, сразу же после ее смерти, - ответила Луиза. Но помните пожалуйста, обращайтесь с ней как с родным человеком. Не делайте ей лишний раз больно. И не говорите ему ничего про огонь. Она сгорела заживо.
Доктор многозначно кивнула, не вставив ни слова. Она понимала, что такие травмы лучше не вскрывать острым ножом.
- Сначала я, - приложив палец к губам, Луиза направилась в гараж. Подождите пожалуйста.
Доктор взглянула на все это прекрасное творение рук человеческих. Сколько же метров ткани потрачено на весь этот прекрасный замок? Розовые колоннады и бирюзовые своды, весь гараж был обшит бархатным материалом. Но все это созерцание было прервано громким криком, от которого у психолого сперло дыхание. Она рванула вперед и увидела Луизу, рыдающую на коленах.
- Господи Боже, - произнесла психотерапевт и в ее нос сразу же ударил запах ароматических свечей.
Две куклы прижимались друг к другу в самых теплых объятиях, их губы соприкасались а взгляды были столь выразительными, что их можно было спутать с человеческими. Над куклами в петле болталось тело Тома.