В светлой комнате в левом крыле королевского дворца Милли ждала, пока Королева пришлет за ней служанку.
Куклу отдавать совершенно не хотелось: за все время она ни разу не выпустила ее из рук. Но раз ее попросили – учителя всегда говорили, что надо быть очень вежливой, особенно если тебе попросил кто-то, кто выше тебя по статусу, а Милли всегда была прилежной ученицей – придется. Эта куколка была так прекрасна.
Девочка с полубезумной улыбкой смотрела на нее: белые волосы, словно живой шелк, лежали на обнаженном теле, касались пальцев Милли самыми кончиками. Она лежала на кровати, обнимая куклу, не отрываясь от нежной кожи.
В голове прояснялось все сильнее, но управлять собой получалось с трудом.
Пальцы гладили куклу по голове, боясь остановиться. Цепляясь за волосы руками, сжимая и оттягивая, едва сдерживаясь, чтобы не оторвать. Кукла была мертва, она ничего не чувствовала – это же нормально, да? Иначе боль пронзила бы ее тело. Милли вновь улыбнулась и поцеловала ее в лоб, взяла в руки маленький гребень, чтобы расчесать спутанные пряди. Красивая, любимая, самая-самая лучшая.
Девочка спрыгнула с кровати, поправляя платье, прижимая куклу к груди. Взгляд скользнул по собственному отражению в зеркале. Дыхание сбилось, глаза расширились в ужасе. Кукла выпала из ослабевших рук.
– Боже. Господи. Что же это? Это… это я? – мраморные потрескавшиеся губы повторяли каждое слово за Милли. Красные стеклянные глаза не спеша передвигались по лицу, оставляя после себя впадины и трещины, тонкие редкие волосы тянулись вниз, к ногам, исчезающими где-то за пределами зеркала. Единственная рука, повинуясь Милли, потянулась к стоящему у зеркала флакону, кривая усмешка змеилась на лице Отражения, когда девочка схватила флакон и швырнула прямо ему в лицо. Зеркало на секунду замерло в попытке выдержать столкновение, однако стоило Отражению дотронуться до него, как оно выплюнуло один осколок, вслед за которым начали выпадать другие. Зеркало разрушалось, Отражение распадалось на части, проливая слезы из остановившихся глаз.
– Вот и все. Больше я тебя не увижу, уродина, – Милли тяжело дышала, пытаясь прийти в себя.
Она споро отползла от осколков и расплакалась, бесконечно ощупывая свое лицо.
Сознание медленно начало к ней возвращаться. Кукла лежала далеко от нее, больше не смотря на девочку призывно из-под повязки. Увиденное в зеркале отрезвило ее. Марево в голове рассеялось, а глаза заболели так сильно, что хотелось раздавить их.
– Где это я? – она осмотрелась.
Дверь в покои распахнулась, и в них вошла Джорджия.
– Ну что, очнулась? – бесцветным голосом произнесла она. – Пора идти на прием к Королеве.
Милли замерла, пытаясь вспомнить девушку. Они явно были знакомы, но она не могла вспомнить ничего: ни имени, ни того, как они познакомились. Приказной тон был особенно неприятным от человека совсем немногим старше нее. Детское кукольное лицо с огромными круглыми глазами повернулось к игрушке, лежащей на полу. Джорджия подняла ее с пола и протянула Милли.
– Поднимайся и иди за мной. Ты же хочешь снова увидеть сестру?
Милли подняла голову и вскочила на ноги, отстраняя куклу от себя и грозно произнесла:
– Кто ты? Где Лиз?
Джорджия молча сжала куколку и сделала шаг к двери.
Милли впервые осталась совсем одна. Без сестры было очень страшно. Девочка послушно встала и направилась за девушкой.
Осколки зеркала блестели на солнце.
Отражение продолжало тихо всхлипывать от боли, пытаясь слабыми волосами собрать битое стекло в единое целое.
Глава 5. Праздник Цветов
Почему исполнить мечту и стать счастливой – это не одно и то же? (с) Нана
Цветочная лестница. Неважно, какой путь ты избираешь – вверх или вниз, – тебя сопровождает удивительный аромат. Кажется, такие цветы растут только около оранжереи Моники – удивительные растения. Спросите, что же такого необычного в цветах? Нет, не только их запах. Эта яркость, что буквально слепит глаза. На солнце они сияют, будто драгоценные камни, вот только они – живые. Они настоящие, действительно настоящие и живые – с ними даже, кажется, можно поговорить – поймут. Поймут и примут каждое слово, отвечая только ароматом и буйством красок невероятной силы. В Реальном Мире такого не увидишь. Красота природы Шестого Мира загнана в угол, она запугана и прячется в нетронутых уголках планеты. В Нашем мире в почете сияние драгоценностей и запахи дорогих духов. В Нашем мире цветы – подлог, они ничего не стоят. И, как ни парадоксально, именно в искусственном Первом Мире цветы становятся действительной роскошью. Притворство въелось во все, что здесь обитает. В каждую ручку кресла и ножку стола, в каждый жест людей, в локоны девичьих волос, в запахи, в звуки – все работает по прописанному сценарию, подчиняясь воле Ее Величества. И только цветы создают иллюзию свободы, они не подчинены Королеве, они живут по своим законам. Поэтому, куда бы ты ни шел, – вверх или вниз, – тебя окружает этот непередаваемый запах цветов –единственных в этом Мире, что еще пока кружат голову, заставляют верить в искренность.