– Обязательно, – Кевин широко улыбается, беря девочку за руку.
Мальчик-придворный низко кланяется, уголок его губ, не скрытый белой маской, дергается вверх.
– Приветствую вас, желаете получить свой цветок?
– Да, это так интересно! – радостно произносит Исида. – Вы не расскажете правила этой игры?
Мальчик чуть опускает голову, открывает крышку одной половины корзины и протягивает руку, облаченную в белую перчатку, к Исиде.
– Прошу вашу ручку, вы должны найти его самостоятельно.
Девочка чувствует, как кисть погружается в приятные и гладкие объятья лепестков. В голову ударяет сладкий запах ванили.
– Кажется, нашла, – Исида зачарованно смотрит на бутон пурпурной Каллы у себя в руке.
– Похоже вам попался самый редкий цветок этого праздника, как интересно, – произнес мальчик и обратился к Кевину. – Вы тоже желаете поучаствовать?
Хотя слишком чинные разговоры режут слух, Кевин, продолжая улыбаться, погружает руку в корзину. Наверное, в королевских семьях так заведено. В чужой монастырь, как говорится.
На секунду его пронзает чувство, будто он оказывается на большой высоте, вокруг только горы, и, кажется…
– Мама? – только и говорит Кевин, как видение исчезает. Он вновь в большом зале во дворце, а в его руках Эдельвейс.
Мальчик-придворный смотрит на него, широко распахнув глаз, в глубине которого загорается интерес.
– Какие у нас в этом году любопытные гости, – он улыбается, смотря на Кевина. – Королева объявит о начале игры и правилах. Надеюсь еще встретиться с вами позже.
Исида хватает Кевина за руку и отводит в сторону. Она смотрит с беспокойством, кажется, что-то говорит, но мальчик не слышит. Перед глазами все еще лицо матери, уютный запах и шерстяной шарф, повязанный поверх теплого костюма. Она выглядела так же, как четыре года назад, в тот самый день.
– …лось? Тебе что-нибудь принести? Кевин, пожалуйста, мне страшно, – глаза Исиды наполнены слезами.
– Я… я видел ее, я видел маму. Она стояла рядом со мной на горе, там так ярко светило солнце, и этот цветок – мама дала мне его. Он растет очень высоко, и его сложно отыскать.
– Но… может, тебе просто показалось? Она ведь… в Гималаях, конечно, растет эдельвейс, но твоя мама просто не могла его тебе подарить.
– Да… да, наверное, – лицо Кевина потемнело. Это было худшее воспоминание в жизни. Он так надеялся, что, оказавшись здесь, больше не вспомнит о ее смерти, о том, как они виделись в последний раз в то морозное утро.
Он поднял глаза на зал. Тот мальчик все еще смотрел на них, на него. Пугающий взгляд пронзал насквозь, словно пытался притянуть к себе. Будто хищник, наблюдающий за жертвой. Будто последняя дичь, которая осталась на территории, которая достанется единственному, самому сильному из хищников. Вот только хищник знал, что его обнаружили, и не пытался спрятаться, не пытался напасть, уверенный в своей безоговорочной победе. Кевину в любом случае некуда бежать.
– Кевин, кажется, игра начинается, Королева собирается говорить! – Исида все еще беспокойно смотрела на него, но азарт и интерес быстро захватил все ее тело.
Королева подняла жезл-лапку вверх, призывая ко вниманию.
– Время для Игры Цветов. Надеюсь, все уже получили свои бутоны и готовы начинать. Каждый из вас уже знает, с чем ассоциируются ваши цветы для вас: запахи, звуки, воспоминания, – зал поддерживающе загудел. – Конечно, а теперь вы должны будете найти партнера. Один из вас выбран хищником, другой – добычей, ведь так гораздо интереснее, не так ли? Если добыча найдет своего хищника по запаху раньше, то она побеждает, а если наоборот, то побеждает хищник. Запахи хищников слабее, и обнаружить их сложнее. Первая добыча, нашедшая свою пару, объявляется победителем игры и получает особенный приз. Прошу всех в Сад. Да начнется Игра!
Исида с горящими глазами посмотрела на Кевина:
– Похоже, я хищник, я почувствовала такой сильный запах, когда толпа пробежала мимо нас, жаль, не разглядела, кто это был. Встретимся позже, – крикнула она, бегом направляясь в сад.
«Зато я сегодня добыча», – пронеслось в мыслях. Где-то внутри мальчик ощутил странное чувство. Он остался совсем один в огромном пустом поле. Даже Королева, восседавшая на троне, исчезла так же быстро, как и гости, сопровождаемая Женевьевой и тенью.