— Сейчас будет самое сложное, — подал голос ках, — Что бы ни случилось, не удивляйся.
Он снова сменил облик. Причём опять выбрал какой-то невзрачный — среднего возраста, среднего роста и веса лорри неопределённой расы. Волосы и глаза серые, черты лица какие-то… невнятные, будто размытые. Вот почему? Но в очередной раз поразиться странностям предпочтений желейки во внешности я не успела.
— Ни в коем случае не дезактивируй защиту, — прикладывая невесть откуда извлечённую «таблетку» костюма к своей шее, предупредил Улянь… — Во все помещения этого сектора и дюжину близлежащих через вентиляцию сейчас распыляются отнюдь не самые полезные вещества.
— Надеюсь, ядов среди них нет?
— Как сказать. В большой концентрации почти все — яды, но до летального исхода не дойдёт. Только нам с тобой и простой потери концентрации хватит, чтобы провалить операцию.
Он вбил на панели длинную комбинацию из незнакомых символов, и лифт, вздрогнув, остановился. Улянь махнул мне рукой, чтоб не отвлекала, и продолжил мудрить с кодами. Сама не знаю почему, но стало очень спокойно. Будто не опасное безумие намечается, а банальный пикник на природе где-нибудь в парке. Я покрепче прижала тючок к груди, с трудом пряча улыбку. Удивительный лорри! Надо будет сестрице намекнуть, чтобы к этому жениху присмотрелась повнимательнее. Оно того стоит.
Когда мы снова тронулись, ках ещё раз напомнил, чтобы не паниковала и следовала за ним, что бы ни происходило. При первой же попытке ответить словами, хортова улыбка расплылась на моём лице, как масляное пятно на глади тихого озера. Поэтому я лишь молча кивнула, прикусив губу. Ну не время сейчас лыбиться. И так Улянь посмотрел как-то странно, подозрительно. Даже рот открыл, но тут лифт остановился и выпустил нас в просторный зал, из которого выходили сразу несколько широких коридоров.
Здесь было весьма людно, но, к счастью, никто на нас особого внимания не обратил. Лорри бесцельно бродили туда-сюда, смеялись и переговаривались, а некоторые и вовсе отдыхали, лёжа на полу. Сразу три оборотня в звериных ипостасях устроили игру в догонялки и, кажется, собирались подраться. А ещё… Чмок!
Прямо перед моим носом пролетело и плюхнулось на пол нечто розовато-лиловое. Я моргнула, внимательно осмотрела блестящую лужицу возле ног, источающую убойный пряный запах с нотками сандала и синих пионов. Что же мне это напоминает?
Предусмотрительно отступив на шаг, я запрокинула голову и глянула вверх. Распластавшись по потолку, над нами ползали несколько лорри доселе невиданной мною расы мисику. В школе читала про них, но видеть не видела. Внешне они напоминали немного сплющенных гигантских пауков, но на деле были куда ближе к моллюскам, чем к паукообразным или насекомым.
Уляня происходящее вокруг не смутило ничуть. Ухватив меня за локоть, он двинулся вперёд, ловко маневрируя между самыми разными лорри. Ударом кулака кардинально изменил траекторию полёта какого-то членистоногого, хаотичными прыжками перемещающегося по залу и едва не сбившего нас с ног. Потом ужом проскользнул между троицей явно нацеленных на добротный мордобой мужчин и придержал меня за талию, когда какая-то миловидная блондинка подставила подножку.
Увидев, что я не упала, она разочарованно зашипела и, выдрав из кудрявой гривы приличную прядь, бросила её синеокому выверну в морду. Тот покачнулся, чихнул и замахнулся на девушку толстой папкой, но локон неожиданно вспыхнул. Несчастного мгновенно окутало клубами смердящего палёным волосом дыма. Выверн выронил папку и отшатнулся, зажимая морду лапами. Продолжения истории я не увидела, ибо желейка уверенно тащил за собой, не позволяя остановиться и осмотреться.
Оно и правильно, если откровенно. Судя по звукам, долетавшим из правого коридора, там уже шёл бой, позволяя радоваться тому, что мы направлялись в противоположный конец зала. Вообще, одурманенные лорри чётко разделились на три категории. Первые вели себя агрессивно, вторые странно, а третьи блаженствовали, игнорируя всё и вся.
Чмок! Один из мисику прицельно плюнул в развалившегося на полу в позе звезды гуманоида. Тот и бровью не повёл, а я скривилась. Если память мне не изменяет, розовато-лилова слизь, заменяющая мисику слюну, штука весьма неприятная, хотя и ценная. В салонах красоты за бутылку берут сумму, сравнимую с годовой арендой приличной квартиры в центре города.