– Здравствуйте, – приветствовала я его, – я Анастасия Полетаева, корреспондент.
– Здравствуйте! Корреспондент какой газеты? – осведомился он.
– «Городская черта», – ответила я.
– Никогда не слышал о такой. Что вас интересует?
– Меня интересуют покушения на бизнесмена Антона Ворошилова и заключенного Сергея Павлова, – выпалила я без лишних церемоний.
Дорохов даже бровью не повел. А я-то надеялась, что этим заявлением вызову у него нервный тик. Крепкий орешек!
– Девушка, вы обратились не по адресу, – совершенно спокойно ответил он.
Его спокойствие не успокоило, а наоборот, насторожило меня. Непосвященный человек должен был хоть немного удивиться.
– Значит, я не ошиблась? – констатировала я.
– Вы что, плохо слышите?
– Нет, слышу я отлично! А еще я умею видеть, делать выводы и собирать информацию. Не буду вас долго задерживать, вы человек занятой. Так вот, собранные мною факты указывают на вашу причастность к этим покушениям.
– У вас есть доказательства?
– Думаю, вы постарались, чтобы их не было.
– Тогда разговор пустой и бессмысленный.
– И все же я так не считаю. У меня для вас кое-что есть.
Я протянула ему листы бумаги, отксерокопированные с дневника Кристины.
Он начал вчитываться, наклонив голову. Вдруг его лицо, вернее, верхняя часть лица, которую я могла видеть, просто-таки потемнела, а на лысеющей голове выступила испарина.
– Где вы это взяли?
– Вы узнали почерк своей дочери? – не ответив, спросила я.
– Что вам нужно? – с нажимом повторил он.
– Я хочу, чтобы Антона Ворошилова больше не преследовали убийцы. В общем, чтобы заказ на его убийство был отменен.
– Вы отдадите мне оригинал, с которого вы сняли копию?
– Да! Как только вы подтвердите, что Ворошилову больше ничего не угрожает.
– Вы шантажистка! – сделал вывод Дорохов.
– Вынуждена ею стать. Мне нужно спасти Антона.
– Что ж, я узнаю, что можно сделать.
– Спасибо! Я позвоню вам завтра.
– Не нужно, я сам вам позвоню.
– А как вы узнаете… – начала я, потом осеклась, – ну да.
Я хотела спросить, как он узнает мой номер телефона, потом поняла, что такому влиятельному человеку это ничего не стоит. А еще ему ничего не стоит просто отобрать у меня дневник и не выполнить мои требования. Почему-то я об этом подумала только сейчас. Нужно подстраховаться. Я еще раз постучалась в дверь Дорохова и вошла. Он сидел, прямо глядя перед собой. Прочесть что-то на его лице было невозможно.
– Что еще? – спокойно спросил он.
– Я забыла сказать. Если вдруг вы решитесь на противоправные действия, у меня в редакции в надежном месте заготовлена компрометирующая вас статья. Там же дневник вашей дочери. Шуму будет! Хотя это на крайний случай. Надеюсь, мы обойдемся без них. Вы ведь деловой человек.
– Я постараюсь выполнить вашу «просьбу» не потому, что я боюсь ваших угроз. Общение с вами мне неприятно, но я понимаю ваш мотив. Я сделаю это в память о моей дочери. Ждите звонка!
Я ему поверила. Раз Кристина вила из него веревки, думаю, он действительно любил ее. А может, жалел и чувствовал себя виноватым за ее «безбашенность». Раз обещал – значит, выполнит. Остается только ждать. Не знаю, где берутся киллеры, был ли это человек из окружения Дорохова или наемник, но надеюсь, что отмена заказа не займет много времени.
Я вышла из здания, принадлежащего Дорохову, и позвонила Анне.
– Здравствуйте, Анна!
– Настя, рада вас слышать! На ловца и зверь бежит! Я тоже собиралась вам звонить. Мы можем встретиться?
– Сейчас я совершенно свободна.
– Я на колесах. Могу за вами заехать. Где вы находитесь?
– В центре, на Тверской.
– Я недалеко. Ждите, через двадцать минут буду.
Ровно через двадцать минут возле тротуара, где я ждала, остановился красный «Ниссан» и открылась дверь. За эти несколько дней Анна изменилась до неузнаваемости. Она как будто светилась изнутри: глаза горят, ноздри трепещут, рот непроизвольно улыбается, на щеках румянец. Красавица! Невероятная красавица!
– Как вы прекрасно выглядите! – опять в унисон сказали мы друг другу.
– Вы думаете, я сияю так же, как вы? – спросила я ее.
– А я – как вы? – смеясь, спросила она.
– Просто мы влюблены! Да? – уточнила я.
– Да! – ответила Анна. – Вижу, у вас тоже все в порядке. Мы с Антоном встречались вчера. Он выглядит таким же счастливым.