– Вот все, что удалось выяснить по вашему делу, – сказал он и протянул мне конверт.
– Извините, я должна просмотреть содержимое.
– Смотрите, я вас не тороплю.
Я вскрыла конверт и ознакомилась с документами. Изложенная в них информация повергла меня в шок. Я виновато посмотрела на Вадима Алексеевича:
– Так это не вы заказали Антона и Сергея? – спросила я.
– Ворошилова я не заказывал, – отчеканил он.
– Но зачем же тогда вы собрали это? – я почувствовала себя совсем плохо.
– Я же говорил – из-за моей дочери. Я не хочу, чтобы ее имя трепали в прессе. Она жила. Как умела. Пусть спит спокойно.
– Кошмар, простите меня! Я-то думала, что это вы… А это не вы… Как я могла?! Я не хотела, – у меня из глаз потекли слезы, – мне так жаль.
– Ладно, не убивайтесь. Главное – вы добились своего. Теперь вы знаете, кто организовал убийство. С вашей хваткой вы устраните его. Не так ли? – приободрил он меня.
У этого стального человека, оказывается, есть сердце. Только оно кровоточит.
– Простите, что вмешиваюсь, но почему Кристина так ненавидела вас?
– Моя бывшая жена, ее мать, отравила ей мозг своей ненавистью ко мне. Когда мы расстались, она не смогла меня простить. И вместо того, чтобы начать жить заново, тем более я пытался ее достойно содержать, она жила злобой ко мне, отказываясь от денег и помощи и настраивая против меня дочь. А Кристина была еще слишком молода, чтобы понять, что в жизни бывает всякое. Я очень старался завоевать ее любовь, а в ответ – сами видите… Она мой единственный ребенок. Бедная моя девочка!
– Простите меня! Я не нарочно, – опять начала я. – Вот, возьмите, – я протянула ему дневник.
– А статья? – спросил Дорохов прищурившись.
– Да нет никакой статьи, – сказала я.
– Я так и думал, – хмыкнул он. – Да, там мои ребята уже немного поработали с покушавшимся. Так что вам теперь будет проще договориться. Надеюсь, он выживет! Вот, держите! – он протянул мне фотографию.
Я мельком взглянула на нее и отвернулась. Жуткое зрелище!
– За это отдельное спасибо.
– Повезло Ворошилову с боевой подругой, – улыбнулся он.
– Удачи Вам! Спасибо! – сказала я и вышла из машины.
Теперь быстро в офис! Нужно поставить финальную точку.
Антон нетерпеливо прохаживался возле входа, ожидая меня. Я подхватила его под руку:
– Бежим скорее! Опаздываем! – сказала я.
Антон несся по коридорам компании как мустанг. Сотрудники выходили из офисов: женщины улыбались и приветствовали его, мужчины пожимали руку. Было заметно, что его здесь любят, что ему рады. Я семенила за ним.
Антон, Виталий, Максим расположились за столом переговоров. Я – на небольшом диванчике.
– Итак, – начал Антон, – у меня для вас новости. Думаю, вам тоже найдется, что мне рассказать. Первой начнет журналистка Анастасия, которая немало сделала для нас.
– Так получилось, что я стала причастна к делам вашей компании, – начала я. – У меня была задача найти Антона Даниловича. Как видите, я нашла его. Но в процессе поисков я столкнулась с некоторыми вопросами, которые остались без ответа. Один из них: у кого свидетельство о смерти Сергея?
Максим посмотрел на Виталия.
– Черт! Я так и знал, что ты меня достанешь, – сказал он мне. – Да, оно у меня.
– Принеси, – сказала я.
– Оно у меня дома.
– Виталий, что за ребячество?! Если оно в офисе, принеси его. Если дома, то пошли за ним, сейчас же! – приказал Антон.
– Ладно. Оно в офисе. Сейчас принесу, – Виталик зло посмотрел на меня.
Через несколько минут он принес свидетельство и положил перед Антоном.
– Что дальше? – обратился Антон ко мне.
Я рассмотрела документ. Так и есть! Почти незаметное исправление: месяц июль исправлен на январь. Цифру семь несложно исправить на единицу. А там, где «июль» был написан буквами, стояла жирная печать, и прочитать месяц было невозможно – разве что сильно присмотревшись и если знать, что искать. Думаю, что эта неаккуратность и натолкнула Виталия на мысль исправить цифры, изменив тем самым дату смерти.
– Ты изменил месяц смерти. Зачем?
– Мне нужны были акции Сергея. Хотел побыстрее откупиться от Алены.