Прошло пять минут. Десять. Он работал не отвлекаясь. Помимо названий и номеров в списке были короткие описания всех этих корон, волшебных палочек и моделей персонажей диснеевских историй. Тиму очень нравилось их читать.
Он даже придумал игру. Сначала пытался сам угадать, какую роль конкретный предмет играл в фильме, постановке или в книге, а потом проверял свою догадку.
Наконец он перешёл в просторный зал, где хранился крупный реквизит: спортивное снаряжение, лошадки-качалки, портреты в рамах. Он уже бывал здесь, но вдруг заметил что-то новенькое. К стене был прислонён загадочный предмет высотой примерно до пояса, упакованный в серую мешковину, какую обычно используют для перевозки.
Тим несколько секунд озадаченно рассматривал его, пытаясь угадать очертания под тканью, а потом обернулся на дверь. Её закрывали стеллажи, а значит, и его от двери никто не мог увидеть. Даже Кевин, когда вернётся. Войди кто-нибудь, Тим точно бы услышал и успел вернуть упаковочную ткань на место.
Он был не виноват, что оказался не в силах побороть любопытство. Родители всегда говорили Тиму, что он должен узнавать новое, задавать вопросы и искать на них ответы. Ему просто хотелось узнать, что там такое. Конечно, он пообещал Кевину ничего не трогать из вещей. Но про упаковку речи не было.
Тим развязал бечёвку, удерживающую ткань, и приподнял край. Мальчик сделал вдох, чтобы собраться с мыслями – всё-таки он немного опасался, что поступает неправильно. А затем сделал шаг назад и стянул покрывало.
Под ним оказалось овальное зеркало в металлической раме. Искусно выкованный орнамент обрамлял посеребрённое стекло. Зеркало выглядело очень старым и отчего-то знакомым. Оно стояло на полу, поэтому Тиму пришлось ещё немного отойти, чтобы увидеть своё отражение целиком. С каждым шагом он постепенно появлялся в зеркале. Сначала показались его ботинки, потом джинсы, пояс, рубашка. Затем плечи и подбородок. И тут Тим испуганно вскрикнул и отскочил в сторону, чтобы спрятаться.
Он видел в зеркале чужое лицо!
Тим бочком бросился к упаковочной ткани, которую так поспешно снял.
– Тим! – вдруг позвал Кевин.
Он вернулся раньше времени!
Мальчик пытался отдышаться. В ушах стучала кровь, заглушая приближающиеся шаги Кевина. Тиму казалось, что он вот-вот задохнётся. Он схватил покрывало, кое-как накинул его поверх зеркала и наспех затянул бечёвку.
Он видел какую-то маску? Или из зеркала на него смотрел кто-то другой?
– Я здесь! – крикнул он Кевину.
Он чуть поправил сбившуюся ткань, а затем встал и отошёл к детской коляске из «Мэри Поппинс», стоявшей рядом. Тима прошиб пот. Почувствовав это, он быстро вытер лицо рукавом
– Ну, как тут дела? – Кевин вдруг оказался в двух шагах от него.
– Отлично! – ответил Тим, поворачиваясь к нему с притворной улыбкой. Он максимально спокойно поднял планшет и показал Кевину список. Хотя внутри был вне себя от ужаса. – Нашёл всего три наименования, которые ты ещё не отметил.
– Дай-ка посмотреть, – сказал Кевин.
Тим всё думал о том, что увидел в зеркале. Рубашка и плечи абсолютно точно принадлежали ему. Но вот лицо в отражении, лицо, которое находилось над этими плечами и рубашкой – его плечами, его рубашкой, – было лицом мальчика, которого он никогда не встречал.
Оно было ему совершенно незнакомо!
Пообедав сэндвичем с ветчиной и чипсами, Тим устроился у раскидистого искусственного дерева, украшавшего вестибюль здания имени Фрэнка Уэллса. Оставалось только дождаться удобного случая. Нужно было во всём разобраться. Тим был уверен, что не сможет заснуть, пока не прояснит, что произошло в кладовой Архива. То, что он увидел, привело его в совершеннейший ужас. Наверняка это было какое-то зеркало для розыгрышей, иначе почему к его телу было прилеплено чужое лицо? Кто-то должен знать, как оно работает.
В центре просторного вестибюля находился внутренний дворик, уходивший вверх на несколько этажей. Широкая парадная лестница вела на круговую галерею второго этажа. Рядом располагался вход в Архив. Отделявшая его стена была стеклянной, чтобы гости студии могли заглянуть в библиотеку «Диснея».
С места под деревом Тиму было хорошо видно Бекки, как обычно суетящуюся в читальном зале. Она была начальницей Кевина. И главной во всём Архиве. Это была симпатичная молодая женщина с добрыми глазами и мелодичным голосом певицы. Они с Тимом были знакомы не так хорошо, как с Кевином, но он всё равно мог обратиться к ней с вопросом.