– На нижних этажах – потоп, а на верхних – пожар из-за проводки. И задымление ещё. Представляете?
– Да что-то как-то не очень, если честно, – признался Николай и поскрёб заросший подбородок. – У них мощная СБ, её начальник – мужик толковый. Две войны прошёл, и...
– Умер он.
– Утонул или сгорел?
– Таблеткой подавился, – сообщил Паша. – Ещё до того, как там всё закрутилось. Он шёл, на ходу пилюлю в рот закинул, споткнулся о какой-то провод, поперхнулся и задохнулся: не в то горло попала. Он, кстати, кулер и опрокинул, пока метался.
– Мать честная... – проговорил Николай и медленно моргнул.
– У них там паника началась кошмарная. Люди из окон выбрасывались. А уж когда отсек радиоактивного блока треснул так вообще...
– Он не мог треснуть, – буркнул Черкасов. – Он из спецсплава.
– Вот. Их начальник атомного отдела тоже так говорит. Только это и говорит. Повторяет снова, и снова, и снова, как заведённый. И раскачивается. И не моргает. Мы его первым вытащили, когда у них крыша обвалилась.
"П@$#!ц", – подумал Николай Павлович, а вслух сказал:
– Спасибо, что отрапортовал. Всех уцелевших давай в допросную, я через три минуты подтянусь.
"Пока лично не увижу, не поверю".
Он схватил со стола фуражку, снял со спинки стула портупею с кобурой и выскочил в коридор.
Выскочил и замер: под дверью дрыхла, похрапывая, страннобаба. Свернулась калачиком и выводила рулады.
Чудеса...
Вот, кого надо допросить первым делом!
– Хей, уважаемая! – Черкасов опустился на корточки и потряс её за плечо. – Хей, проснитесь. Мне нужны подробности. Срочно. Сейчас.
– М-м-м-м... – протянула клуша, разлепив глаза. – Зря вы это, Николай Павлович.
– Что "зря"?
– Зря разбудили.
– Ничего, отоспитесь после совещания.
– Я – да. – Она потянулась и зевнула. Николай с ужасом обнаружил, что зубы у неё заострённые, как у акулы. – А вот вы, увы, нет. Мне жаль. Ваша жена будет очень расстроена.
Черкасов взъерепенился.
– Что за пургу вы несёте?!
Дожидаться ответа не стал. Закипая от гнева, метнулся к лестнице. Час был ранний, и уборщица только-только затеялась со ступенями. Николай торопился. Так торопился, что не заметил ведро. Споткнулся, заскользил на пролитой воде и полетел вниз. Хотел ухватиться за перила, но не смог. Не дотянулся. Шея звучно хрустнула в гулкой тишине пролёта. Тело мешком шмякнулось на безукоризненно чистый керамогранит. Уборщица истошно завизжала.
Страннобаба вздохнула, покачала головой и перевернулась на другой бок.
– Неужели так трудно запомнить? – пробурчала себе под нос. – Не буди лихо, пока спит тихо!
НЕ БУДИ ЛИХО...
Март 2022.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов