-Хорошая шутка, а теперь к делу, - таец поставил кружку на столик, стоявший поблизости, и продолжил, - Идём, - Винай поманил за собой девушку, но та даже не пошевелилась, тогда парень взял Веронику за руку и потащил за собой. Введя девушку в одну из комнат и усадив её на край кровати, Винай запер дверь.
-Что тебе нужно? Нового материала по делу ещё нет, а других дел у нас с тобой нету, так что отпусти меня, - заявила детектив, и хотела уже было встать, как её руки перехватил Винай и ограничил движения.
-Я тебя не отпускал, а дел у нас с тобой полно, так что решай, - произнёс мафиози, - или мы говорим по - хорошему, или мне придётся применить силу.
-Первое, - девушка выдохнула и освободилась от хватки собеседника.
-Ну вот и хорошо, - ласково улыбнулся таец и завёл выпавшую прядку за ухо Веронике, - У меня только два вопроса. Первый… - Винай переменился в лице, - У вас с моим братом что – то было?
-С Чайясану? Нет, конечно! – Вероника чуть ли не заливалась смехом, - Ты ничего не подумай, просто он не мой вариант.
-Хорошо, тогда второй вопрос. Что связывает тебя и Вольера Девона? – Винай слегка расслабился, но не показывал этого.
-Вольера и меня? – девушка задумалась, - Честно… где – то недели две назад я бы ответила, что люблю его, но сейчас…
-Что сейчас? – таец взял Веронику за руку и стал поглаживать, словно успокаивает.
-Сейчас, я люблю другого мужчину, - ответила детектив и покосилась на свою руку.
18 глава
Винай потянулся и еле – еле раскрыл заспанные глаза. Мир сначала поплыл, но потом сразу приобрёл чёткие очертания. Мужчина повернул голову на странный шорох, который раздался в этот момент около его кровати.
-Бофа? – всматриваясь в силуэт, предположил Винай, а затем снова сузил глаза от лучей яркого солнца, которые моментально ударили ему в лицо. Таец поморщился.
-Неправильно, - произнесла с улыбкой Камильхен и поставила небольшой поднос с лекарством и стаканом воды на столик.
Мафиози попытался приподняться – мгновенно проявилась дикая головная боль, от которой он страдальчески промычал и потёр лоб: подступило головокружение. Игнорируя обеспокоенные фразы матери, таец всё – таки смог сесть: ноги поставил на пол, а сам склонился, опустив голову вниз. Винай чувствовал себя отвратительно: словно он разгружал ночью вагоны, а его при этом били битой по голове. Она сейчас казалась ему тяжёлой и сжатой в ядовитые тиски, боль отдавала в глаза, что даже смотреть было невозможно.
Параллельно с неприятными физическими ощущениями, всё ещё ощущался корень духовного спокойствия и счастья. Алкоголь притупил все чувства, но уже сегодня утром они стали сильнее.
-Выпей лекарство, оно поможет снять боль, - предложила Камильхен, Винай не отказался. Взял белую пилюлю, воду и выпил, - Скоро тебе полегчает, - попыталась обрадовать женщина и улыбнулась.
Винай тоже улыбнулся уголками губ в ответ, но более радостно, сказав при этом фразу: «Уже давно полегчало…»
-Точно? А что тогда было вчера?
Винай покачал головой – не хотел рассказывать, но глядя на любопытные, обеспокоенные глаза матери, ранимо моргнул – жест, подобный знаку согласия. И после босс тайской мафии действительно рассказал: о своём странном беспокойстве в тот день, как вернулся и обнаружил брата и Веронику вместе, как он лез к девушке, как она совершенно спокойно реагировала на это, как чуть дверь от ревности не выбил, как кричал на неё, обвинял, как потом извинялся.
-И всё это в один день, мама, - подчеркнул Винай и провёл рукой по своей напряжённой шее, а затем отвёл взгляд.
Но вместо сочувствия, мафиози получил от Камильхен удары по плечу. Растерялся, и отпрянул. Женщина продолжала его бить и досадно ахала, приговаривая, что как он мог так поступить. Винай был в недоумении. Так с ним могла обращаться только мама: уважительно относиться, поддерживать, когда это требуется, но и эмоции демонстрировала без стеснения.
-Винай, я разве так тебя растила? Как же так, как ты мог… - вздыхала Камильхен.
Таец встал с кровати, стараясь удержать равновесие, потому что головная боль ещё чувствовалась, и попытался отойти от разбушевавшейся женщины, выкинув логичное: «Я знаю».
Камильхен остановилась на мгновение и закатила карие глаза, цокнув языком. Потом сложила руки на груди и продолжила: