- Ну, что вы, герцогиня, это вышло случайно.
Шаги дворецкого стихли. Я собрался с мыслями:
- Вы кажется хотели дать мне ответ на мой вопрос?, - пытаясь казаться более уверенным, учитывая то, что я голый, я сунул руки в карманы брюк, создав натяжение совсем не там, где нужно, безрассудный жест.
- Боюсь я не готова дать вам ответ. Я хотела не этого. Я хотела попросить вас впредь на оказывать на меня давление этим вопросом, вы ставите меня в неловкое положение. Этот визит был излишней фривольностью с моей стороны. Я прошу вас забыть об этом, как и о вчерашнем рандеву на балконе вашего друга, лорда Соренджа. Хорошего дня.
Ну нет! Довольно уже с меня! Я преградил ей путь к выходу:
- Вы не можете просто так уйти, миледи, - даже и не знаю отчего мой голос наполнился такой сладкой истомой, - Вы явно играете со мной, но я никак не могу понять правил этой игры. Если я вас не интересую, как мужчина, к чему вы тратите своё время на эти визиты, компрометируя себя? А если интерес всё же есть, всё слишком сложно. Порой я не понимаю, как реагировать на ваши слова и действия? Что допустимо, а что нет? Где проходят границы? Вчера вы...
- Не нужно припоминать мне того, что было вчера, - не без нотки смущения произнесла она.
- Нет уж, извольте, герцогиня. Я хочу понять, что происходит? Я до сих пор ощущаю ваши руки на своей спине. Память вновь и вновь возвращает меня в это мгновение.
Расстояние между нами стремительно сокращалась, я даже забыл, что голый.
- Лорд Кавендиш, прошу вас, сохраняйте дистанцию. Ведь вы не одеты.
- Вы же сами сказали, миледи, что я могу себе это позволить в собственном доме, не так ли?
- Но не в присутствии дамы, - теперь она звучала не только смущённо, но и растерянно.
Её растерянность добавила мне дерзости. Неужели я пробился сквозь эту неприступную стену её самообладания.
- Мы никому не скажем. А своему дворецкому я готов доверить собственную жизнь.
- Какое ребячество, - терялась она всё больше, мне бы не перегнуть.
- Отнюдь. Я серьёзен, как никогда.
Я подошёл максимально близко, так близко, что мой обнажённый торс ощущал тепло её тела, теперь я даже был рад, что Джефф не догадался принести мне сорочку вместе с серёжкой. А руки из карманов пришлось вытащить, более не представлялось возможным держать их там. Я был решителен и действовал в альянсе с внутреннем зверем:
- Герцогиня, посмотрите на меня, сегодня фрака нет, нет даже сорочки. Дайте мне вашу руку.
Ей некуда было отходить, препятствовал мой, теперь самый любимый, диван, точнее его спинка. Она не протянула мне руки, я взял её руку сам и положил себе на плечо. Её лицо покрылось очаровательным румянцем. Я облокотился на спинку дивана, став уже просто недопустимо близко:
- Быть может вы не заметили, не обратили внимания, не предали значения, как вам больше нравится, но я не индюк, которых вы привыкли видеть при дворце, вечно восхищающихся вашим розарием, который бесспорно прекрасен, и нахваливающих блюда королевского повара на банкетах, который безусловно гениален, но названий этих блюд я лично даже не могу запомнить. Я другой... Я – мужчина. А вы играете со мной?
Это было неожиданно, но она молча смотрела мне в глаза, а её декольте словно задыхаясь в тесном корсете, жадно вдыхало воздух. Волосы, вечно не дающие мне покоя, я снова совершенно бесцеремонно запустил в них сою руку. Пробираясь губами к уху, я чувствовал, что мой внутренний зверь доведён до предела.
- Герцогиня, сжальтесь надо мной, внесите ясность.
- Я должна ехать, - очень неуверенно произнесла она.
- Я, видимо, снова всё испортил. Прежде чем уйти оставьте мне хоть что-то, чтобы я мог вспоминать, как ваши пальцы на моей спине. Одно прикосновение, любое.
Я стоял перед ней, с голым торсом, охваченный удушающей страстью. Она положила вторую руку мне на грудь и её запястье заскользила по мне, как по бархату поддерживающего нас дивана. Приблизив её к себе, я стал жадно вдыхать этот пленяющий аромат, позволив себе коснуться губами её щеки возле уха, затем шеи, затем плеча. Эти руки, я не мог остановить их, просто не мог - её пальцы на моей спине... Я чувствовал, что вот-вот случиться непоправимое, ощущал это очень возбуждающее лёгкое давление её пальцев, как они игриво перебирают каждую мышцу вдоль позвоночника.
- Миледи, - я уже и не пытался выравнивать дыхание, - скажите, что есть надежда?
- Лорд Кавендиш, мы должны остановиться, прошу вас, отпустите.
Она была права. Теряя ощущение реальности, я даже не заметил, что спустил с плеч её платье, обнажив тюлевые рюши корсета.
Я уже пытался совладать с собой, а её руки всё ещё будоражили мой обнажённый торс. Сознание рисовало мне картины, как я несу её в спальню, как сбрасываю с громким шорохом это бежевое платье, разрываю на части корсет, не найдя в себе сил развязывать всю эту шнуровку. Нахлынуло всепоглощающее чувство страстного желания, овладеть ею здесь и сейчас. И это всё просто её руки, просто руки, нежно и как-то бережно плавающие по мне. Эти минуты убедили меня в том, что если бы я поцеловал её, то мой внутренний зверь взял бы её прямо на этом восхитительном диване.