В гостиной я погрузился в волнительное ожидание.
Наконец дверь распахнулась:
- Лорд Кавендиш? Что привело вас так скоро?
- Я буду с вами предельно откровенен.
- Снова?, - съязвила она.
- В среду вас представят Дэвиду Одли. Это правда?
- Не уверена, что вы вправе...
- О-о-о, нет, герцогиня, я уверен, что вправе. Почему вы мне ничего не сказали?
- Что ж, именно за этим я приезжала к вам в тот вечер, но не сказала.
- Почему?
- Ваша ветренность, она отталкивает.
- Какая связь?! - я буквально бросился к ней.
- Прямая! Я прошу вас, лорд Кавендиш держать себя в руках. Вы уже ни единожды перешли границы, о которых спрашивали, но так и не дали мне ничего взамен. Даже намёка, на природу ваших намерений. Раз уж мы решили быть абсолютно откровенными, я вообще не думала, что вам есть дело то того, когда и кому меня представят, и с какой целью.
- Да вы с ума сошли! - тут я уже просто был собой, к чёрту этикет и сковывающие рамки пристойности, - Да я в ногах у вас готов валяться. И готов уже давно. Без малого год я робею словно мальчишка, в вашем присутствии. Я не могу ни выразить свои мысли, ни описать словами свои чувства, когда вы рядом. И это длится уже так долго, что рассудок покидает меня при каждой нашей встрече, и охваченный страстью, лютой, звериной страстью, я не могу сосредоточится на главном. Проблема ещё и в том, что других женщин больше нет. Они мне теперь не интересны, я не хочу ни прикасаться к ним, ни даже говорить с ними. Поэтому не находя выхода, напряжение всё нарастает, и я не могу больше думать ни о чём другом. Простите, меня..., - я виновато притих, - прошу вас, простите... Только не уходите. Только не сейчас. Я люблю вас...
Эти слова я произнёс впервые в своей жизни.
Она смотрела на меня, не скрывая изумления:
- Неожиданно. Я в замешательстве. Теперь мне нужно время. Я должна обдумать всё вами вышесказанное.
- Вы хотите, чтобы я ушёл?
- Пожалуй, так мне будет легче сосредоточиться.
- Это не возможно! Что тут думать? Будете решать я или Одли? - я вернулся в обличие джентльмена, не смотря на содержание, взял себя в руки, чтобы больше не повышать голоса.
- Чего вы от меня хотите?! - возмутилась герцогиня.
Я ещё приблизился к ней, а она пыталась отойти от меня. Я прижал её к каминной полке, оттуда что-то попадало на пол, и разлетелось в дребезги. Я чувствовал, как крошатся осколки у меня под ногами. Сжимая одной рукой её волосы, вечно не дающие мне покоя, другой за спину прижимая её к себе, всё чего я хотел - это целовать её. Разум твердил, что это совершенно не то, что сейчас нужно делать, но всё моё естество отказывалось ему подчиниться.
- Прогоните меня, если хотите, - прохрипел я ей на ухо, прервав поток несдержанных поцелуев
- Не хочу...
Это было желанно, но неожиданно.
- Миледи, давайте покончим со всеми этими играми здесь и сейчас, - уткнувшись в её волосы я хрипел ей в ухо, постоянно касаясь его губами, - уже никакая сила не вырвет вас из моих рук.
- Я чувствую, то, что чувствую, каждый раз, когда вы так близко, и это очень меня смущает.
- Я не могу это контролировать. Это, к стати, сменяется страшными болями в последствии.
- Не нужно, герцог, тут подробности излишне.
- Вы же не ребёнок. Ваши руки... Я хочу почувствовать ваши руки на моей спине.
Она снисходительно проникла мне под камзол, пришлось выпустить своего внутреннего зверя. Впиваясь губами в её шею, я бесстыже наслаждался ощущение этих рук так нежно, с небольшим нажимом перебирающих мышцы моей спины. Но теперь моя память хранила её прикосновения к моему телу, без сорочки. Посему того, что что я ощущал сейчас, мне уже было недостаточно. Я просто разорвал все пуговицы, и эти руки вновь оказались на моём теле. Её волосы в моей руке, такая нежная кожа, я страстно и необузданно целовал её шею и плечи. Её пальцы на моей спине доводили до исступления. Перейдя от плеч к декольте я почувствовал, что пальцы впивались мне в спину всё сильнее. Очевидно она хотела всего этого не меньше чем я. Моего внутреннего зверя уже невозможно было обуздать. Я остановился и посмотрел ей в глаза:
- Не отталкивай меня сейчас...
Эти манящие губы... Она позволила мне это. Самый лучший, самый долгожданный поцелуй в моей жизни. И её пальцы на моей спине. Поцелуй стирал все границы, она уже сама прижималась ко мне. Дыхание моё перешло на хрип, каждый мой вдох наполнял всю гостиную, и это невозможно было контролировать, она позволяла мне слишком много. Самый долгий, самый страстный поцелуй, во время которого со мной таки случилось непоправимое.
Откровение...
Самый долгий, самый страстный поцелуй, во время которого со мной таки случилось непоправимое.