- Как много времени? Месяц, год, два?
- Нет, не так много, гораздо меньше. Несколько дней.
- Несколько дней, не значительный срок. Я готова подождать.
- Спасибо...
Вот так вот просто её руки вновь оказались под моей сорочкой. Какая странная у платья ткань. Так легко тянется, даже страшно, случайно зайти слишком далеко. Я водил рукой по её спине, провёл пальцами по нижней границе декольте, и ещё немного ниже:
- Какая мука... Что это такое?
- В чём дело?
- Где корсет?
- Корсет? Старомодный рудимент, - сказала она так, словно я последний, кто узнал об этом.
- Старомодный? У этого платья тончайшая ткань, я не могу прикасаться к вам в этом платье, тем более без корсета. Это слишком мучительно... Кругом вода но нельзя напиться.
- Лорд Кавендиш, просто держите себя в руках.
- Это не так просто, точнее это совсем не просто...
Я прижал её к себе, осторожно изучая каждый сантиметр её тела, доводя себя тем самым до изнеможения. Испытание на выносливость для моего внутреннего зверя. Но через несколько мгновений всё стало выходить за рамки дозволенного. Мои прикосновения утратили осторожность, мои губы утратили сдержанность. Я жадно покрывал поцелуями её шею, плечи и декольте. С усилием прижимая её к себе, я чувствовал всё, сквозь это барвинковое платье. Её неровное дыхание, её губы на моём теле, её пальцы на моей спине... «Остановись! Остановись же...», - навязчиво твердил мой утихающий разум. Но я не мог, предел моей воли был пройден.
Она уже не просто была готова к поцелую, она его хотела, но я решил пойти по длинным путём. Шея, плечи, снова шея. Потом я просто останавливался и осторожно водил пальцами по её неприличному декольте, спускаясь до талии, а порой чуть ниже, и обратно. Такое тонкое платье, такие нежные губы, и эти пальцы на моей спине. Её дыхание наполнилось страстью. Её губы касались моих плеч, моей груди. Я закрыл глаза и был готов убить любого, кто нарушит это мгновение. Меня накрыло с головой... Я уже был готов подхватить её на руки и отнести на диван. Но она оказалась сильнее меня:
- Я должна идти, - не очень уверенно произнесла герцогиня.
- Нет..., ещё минуту.
Она не стала или не смогла возразить. Я понимал, что поцелуй закончится для меня непоправимым. Но разве я мог отказаться от него? Конечно нет. Её волосы, её грудь, её руки. Конец сознанию, зверь вырвался наружу, когда она впервые сама потянулась к моим губам... Даже лучи заходящего солнца спрятались в кронах деревьев, чтобы нам не мешать. Наши губы слились в этом страстном и совершенно непристойном поцелуе, до которого она снизошла сама. Безумие...
Мне казалось, что мы стали ближе, и было легче принять своё непоправимое.
Я ушёл переполненный эмоциями и желанием. Да-да, желанием. Мой зверь лютовал - он требовал её всю! Всю - без корсета, без рюшей, без платья. Даже без барвинкового. Только она и мои шёлковые простыни... Объясню - физически становилось на время легче, но полного удовлетворения, что естественно, так получить невозможно. Желание само по себе нечто куда более сложное, чем просто выброс семени.
Ночью я не смог уснуть, а под утро твёрдо решил, что она должна стать моей. Осталось дело за малым - решить мою великую проблему. Для этого я отправился во дворец.
Поездка во дворец ничего не дала. Пока не дала. Слаб оказался мой дар убеждения. Да уберегут небеса моего монарха от ошибки, ведь отказавшись даже выслушать, он мог спровоцировать меня пойти иным путём. Неужто до сих пор не знает меня... Я бываю терпелив. Редко, не долго, но бываю.
Ощущая некую толи тревогу, толи опасность я решил объясниться с герцогиней. В любом случаем, чтобы я мог быть с ней, я должен жениться на ней, а значит она должна знать всё.
Ожидая её в хорошо знакомой гостиной, хранящей много возбуждающих воспоминаний, я нервничал из-за её возможной реакции. Но считал необходимым всё ей рассказать.
Уильям:
- Герцогиня Одденштейн.
- Герцогиня, я приехал пригласить вас сегодня к себе в семь вечера. Мне необходимо поговорить с вами. Возможно этот разговор многое определит для нас. Многое, если не всё.
- Вы, я вижу, встревожены этим. Скажите сейчас.
- Нет. Я буду ждать вас в семь вечера в своём поместье.
- Что ж, я приеду.
- Благодарю вас.
На этом я откланялся. Совладав с собой, я даже не приблизился к ней.
День тянулся мучительно долго, минута - словно год. Наконец, настал наш решающий вечер. Она приехала, опоздав на полчаса, в очаровательном небесно голубом платье с приспущенными плечами. Бриллиантовое колье, длинные серьги, волосы были полностью собраны.