— Может, будет лучше, если ты постараешься не совершать поступков, которые могли бы вызвать у меня такую ответную реакцию?
И снова он улыбнулся мне — той самой улыбкой, одновременно угощаясь оливками и артишоками.
— Можно мне кусочек сыра?
— Конечно.
Он принес мне кусочек сыра и положил его мне в рот, как я это сделала с оливкой.
— Сегодня я закончил читать «Благоразумие».
Я чуть не подавилась сыром.
— Так быстро? — воскликнула я, продолжая жевать.
— Сначала прожуй, дорогая. Я не хочу, чтобы ты задохнулась на моих глазах.
Я прожевала, и проглотила все, что было у меня во рту, и спросила:
— Тебе понравилось?
— Мне очень понравилось. Помешай соус, пока он не подгорел.
— Не мог сказать мне это после ужина? — упрекнула я его, мешая соус и одновременно бросая макароны в кипящую воду.
— На это время у меня другие планы. Я подумал, это станет хорошей темой для разговора за ужином.
Сразу две мысли пришли мне в голову. Он дочитал мою книгу, и у него есть планы на вечер.
— Иван, давай все по порядку. Я согласна на все, что будет после ужина, но сейчас я хочу знать, что ты думаешь о моей книге. Для меня это важно.
— Я же сказал, что мне понравилось.
— Это мне ни о чем не говорит. Я хочу услышать твою критику.
— Пэш, мне она понравилась настолько, что я решил попытаться включить ее в свой учебный план уже этой осенью.
— Ты это серьезно?
— Вполне серьезно. Это исключительное произведение. Как и ты сама. Думаю, пора приступать к ужину.
Удивление на лице Пэш сказало мне о многом. Я знал, что лишил ее дара речи, — подвиг, достойный бокала шампанского и тоста. Я прошел мимо нее к плите, помешал соус и затем попробовал его на вкус.
— Очень вкусно. Буду счастлив помочь тебе слить воду с макарон. Вообще-то я очень хочу есть.
Я обернулся и увидел, что ее взгляд устремлен в одну точку где-то на моей спине. Я постучал по ее голове.
— Эй, есть кто-нибудь?
— Тебе нравится сбивать меня с толку, не правда ли?
— Очень нравится.
— Почему?
— Потому что, страсть моя, в такие моменты ты еще прекраснее. — Я снова повернулся к плите, чтобы выключить соус и проверить готовность макарон. Для этого я достал одну из них и бросил ее на стену. Она прилипла.
— Бог ты мой — просто чудо!
После этого я съел ее.
— Мы обязательно поговорим о твоей книге — я обещаю.
— Спасибо.
Она все еще была где-то далеко. Я взял ее за плечи.
— Пэш, мы все обсудим. Да, я действительно люблю заставать тебя врасплох, но я вовсе не поэтому избегаю разговора с тобой. Нас ждет ужин, который, по твоим же словам, долго ждать не может. Если мы начнем обсуждать твою книгу прямо сейчас, ужин будет испорчен.
— Ты совершенно прав, тогда какого черта ты выпалил все это за три секунды до того, как сесть за стол?
— Я уже сказал тебе: в такие моменты ты еще прекраснее.
Я поцеловал ее в лоб.
— Давай поставим все это на стол и тогда поговорим.
Я поставил наши бокалы на стол в столовой и наполнил их, пока она возилась с соусом. Вернувшись, я взял пару прихваток, которые она оставила на плите, чтобы слить воду с макарон.
— У тебя есть какая-нибудь посуда для этого?
— В шкафу, справа от тебя, на средней полке.
Я нашел подходящее блюдо и выложил на него макароны, пар от которых валил мне прямо в лицо. Я поставил блюдо на стол и заметил, что она зажигает свечи.
— Пэш, это великолепно. Стол просто чудо.
И я не шутил. Ужин, вино, свечи, цветы — но чего-то не хватало.
— Нам нужна музыка.
— Музыка?
— Конечно, музыка. Какой же романтический ужин без музыки? Где твоя аудиосистема?
— За углом, в гостиной.
Я отправился в гостиную и нашел аудиосистему с подставкой, полной дисков, возле нее. Бегло просмотрев названия, я остановился на сборнике песен Синатры, которые как нельзя лучше дополняли атмосферу вечера. Вернувшись к столу, я увидел, что Пэш погасила свет. Огоньки свечей мерцали, отчего на скатерти плясали тени.
Я подошел к ее стулу и отодвинул его, чтобы она могла сесть. Когда она села, я нагнулся и поцеловал ее в макушку, вдыхая аромат ее волос. Никогда в жизни я не переживал ничего подобного.
Я вернулся к своему стулу и сел. Она коснулась рукой моей руки.
— Ваня, это даже лучше, чем ресторан в тот вечер. Там я чувствовала себя Золушкой на балу. Сегодня, мне кажется, я пригласила моего принца к себе.
— Тебе следует следить за тем, что говоришь. Все эти сантименты закончатся постелью скорее раньше, чем позже.