Накинула Варька халат, перешагнула через Федьку и, выйдя, шторки задвинула, будто двери закрыла.
- А чего не на работе? - поправляла волосы. Нащупала в кармане заколку, убирая ненужную копну под замок, поправила халат.
- Пообедать забежал, - уселся за стол. – Дай поесть.
Варвара покосилась на свою комнату, не зная, как выпроводить родного сына из дома. Нет, сын любимый, только сейчас, ох, как не вовремя.
- Бутерброд сделаю, - нашлась хозяйка.
Движенья быстрые, будто боится опоздать. А из комнаты послышался стон.
- Кто-то в доме? – вскинул брови Василий.
- Да ну, одна, - отмахнулась. – Окно открыла, с улицы, наверное.
Валентина прислушивалась к разговору на кухне, когда Фёдор пришёл в себя. Он замычал, чувствуя боль в затылке, но жена тут же зажала ему рот.
- Тихо, - прошептала, и он удивлённо уставился на неё.
Обвёл взглядом комнату. Нет, всё верно, не их дом, у Варьки он. Пощупал ноги. Так и есть, в трусах, которые Валентина на 23 февраля подарила. Стыдно-то как, надо было другие надеть, уж сильно она эти любила, нехорошо вышло. Голова нещадно болела, будто чем тяжёлым по ней прошлись. Он сел на полу, и Валентина только теперь поняла.
«А почему она вообще тут прячется?»
- Здравствуй, Василий, - появилась на кухне, будто из-под земли выросла.
- Здрасьте, - удивлённо воззрился тот на женщину.
Стоит перед ним будущая тёща, подбоченившись, а у них с Маринкой любовь сильнющая, что зубы сводит. Может, сейчас открыться, мол, любят друг друга, свадьбу играть будут, раз дело такое, и вот она прямо перед ним.
- А вы тут как? – наконец до него доходит, что мать бледная стоит, застыв с котелкой колбасы в руках. Тётя Валя подругой матери никогда не была, да и спрашивал, есть ли гости, отчего темнила?
- Через дверь, - усмехается Валентина. – Новости тебе, Васька, принесла. Важные.
- А вы откуда знаете? – вскакивает парень с места, ошарашенно смотря на женщину. Неужели Маринка матери открылась?
Валентина опешила, не ожидала такой прыти, хотела вывалить новость ему на голову, про мамашку непутёвую, да такое ощущение, что знает всё и без неё.
- Как откуда? – выдохнула Валентина.
Неужели вся деревня в курсе, как Федька сюда наведывается, а ей одной только сегодня добрая соседка глаза открыла? Дай Бог ей здоровьичка.
- Мясо, - хлопает себя по лбу Валентина, вспоминая, что голень куриную из магазина несла, хотела в морозилку бросить, чтоб потом мужу приготовить, на будущее, а его, может, и нет этого будущего.
- Какое мясо? – не поняла Варька, у которой сердце в пятки ушло. Прижала к себе колбасу и глазами хлопает. Попала так попала. И о чём толкует сын, видел Федьку и молчал?
Всё через одно место с этим Федькой, возвращаться надо.
- Ну раз, вы всё знаете, - продолжает Васька. – Быть влюблённым вместе.
Валентина потеряла дар речи. Медленно хлопая глазами, перевела взгляд на Варьку, а потом обратно на сияющего, как медный пятак, Василия.
- Это чего такое? – растерянно пожимает плечами она, не ожидая подобного финала. – Это чего ж получается, у вас вся семейка такая? Ничего святого!
Качает Валентина головой. Нечего здесь делать, пущай сами меж собой разбираются, а ей ещё котлеты крутить. Хотя, шиш теперь Федьке, а не котлеты, обойдётся.
- Да погодите, - останавливает в дверях Васька Валентину. – Вы отчего не согласны?
- Я? – не может поверить в наглость она. – Я чего не согласная? – ищет поддержки в бесстыжих Варькиных глазах, а та сама, не чай Валентина, кумекает чего-то в уме, сама не поймёт ничего.
- Пропадите пропадом, - говорит Валентина, а у самой голос дрожит. Что за молодежь пошла! Наливаются слёзы. Предали, помоями облили, так теперь ещё и радостно ей вопросы задают, чего это она тут несогласная. А чему радовать? У них-то счастье, хотя, неизвестно, кому повезло.
- Забирай, папка тебе новый будет.
- Какой папка, - внезапно улыбка сходит с лица парня.
- Васька, ты иди, на работу опоздаешь, - перебивает мать.
Варвара развернула сына, а сама никак с колбасой не расстанется.
- Уж и обед прошёл, вон времени сколько.
- Погодь, - не даёт он себя выпихнуть из дома. – О чём тёть Валя толкует?
- Голову напекло, - зачем-то врёт Варвара. – На вот, с собой тебе, - вручает котелку парню, и тот машинально берёт.
- Ну как же, - разводит руками Валентина, поясняя. – Влюблённые должны быть вместе, - передразнивает. – Мамка твоя и Федька мой.
Василий переводит удивлённый взгляд на мать, не ослышался ли?