Выбрать главу

Автомобиль стронулся и медленно покатился по городу Любомир тут же задремал. Егор вел автомобиль на большой скорости, ветер носился по салону автомобиля, спутывая волосы.

– Нам далеко? – поинтересовалась Мария.

– Часа полтора пути, если какой-то урод не устроит аварию, и нам не придется стоять в пробке, – ответил мужчина и добавил звук, давая понять, что он не желает беседовать.

Любомир Карлович прикоснулся к плечу водителя тростью.

– Убери громкость, – проскрипел его голос.

Егор немедленно выполнил команду.

Мария так и не поняла, ему помешал звук, в реве двигателя, или он стал на ее сторону.

Чтобы не участвовать в немом противостоянии, она закрыла глаза, сделав вид, что уснула. Подумав, что не так ей и хочется беседовать.

Аварии не случилось, и они доехали за указанное время.

Услышав звук открывающихся ворот из дома выскочила обслуга в полном составе.

Отметив приезд хозяина, крепкий мужчина хорошо среднего возраста метнулся в дом и выскочил уже с креслом.

– А ты волновалась, насчет кресла, меня Сашенька на руках донесет, – ответил он на ее вопрос, заданный полтора часа назад.

– Привет, Саша, за последний месяц я стал еще страшнее? – поинтересовался он у мужчины, пока тот пересаживал его в кресло.

– Похудел, ты, а внешне, куда уж страшнее, – честно ответил Саша.

– Девушку зовут Маша, устройте ее по высшему разряду, она друг, понял, – предупредил он.

– Понимаю и всем скажу, – ответил Саша.

Мужчина укатил коляску с Любомиром в дом. А Маша с Егором остались посредине двора.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 19 Егор почти нормальный

Она посмотрела на мужчину. Он расслабился, лицо стало почти приветливым.

– Ненавижу спонтанные решения. И вот такие переезды. Все так нестабильно. Любомир, конечно, глыба, но многие забыли, как жить по понятиям. Если какой случай придется отвечать, ты не поймешь, – пояснил он Марии, свое неадекватное поведение.

– Егор. А я могла отказаться от приглашения? – Мария задала мучивший ее вопрос.

– Нет, конечно. Попробовала бы убежать, я бы тебя нашел. Не вникай, когда-то же он наиграется и отпустит тебя. Постарайся изобразить счастье, подыграй мне. Старик мечтает, чтобы я тебя каким-то образом осчастливил, но ты не в моем вкусе. Я вообще ненавижу людей со стороны, а ты со стороны и еще с мокрыми проблемами, – ответил он на ее вопрос.

– Я реально счастлива, вчера все выглядело на порядок хуже. Я уже который день думаю, чтобы со мной случилось, уже бы сидела в камере или в клетке. Я же не представляю, как там все устроено, только в фильмах видела. А ты реально знаком с моим начальником? – поинтересовалась Мария.

Не сказала она о признании Любомира насчет чувств, но это и не требовалось.

– В глаза не видел. И Любомир не видел. Я потом все объясню. Но поверь, шеф твой все выполнит, иначе не будет ни твоего шефа, ни его работы, это не интересная история. Я о другом. Любомир носится с идеей на предмет какого-то ритуала, ищет помощников. Если он к тебе подкатит с таким, умоляю согласись с его предложением, уже я тебе буду должен, его одержимость меня допекла, – заверил ее мужчина и на лицо легла тень, – пойдем в дом. Любомир проспит часа четыре. Я тоже вторые сутки без сна, сплю урывками, проклятая работа. Пойду вздремну. Этот дом одно из немногих мест на земле, где можно ничего не бояться. А ты постарайся изобразить что-то подобное симпатии ко мне.

Мария вспомнив свои бессонные ночи, остановила расспросы. Прошла следом за ним в дом. К ней подошла женщина и жестом пригласила следовать за ней.

– Егор, вот ключи от моей машины. Любомир Карлович сказал, ты решишь, я не хотела пользоваться, – вспомнила она приказ старика, – и, если что не наезжай на меня в своей манере, я не смогу изобразить счастье. Я теряюсь, когда мне хамят и неадекватно себя веду.

– Какое беспокойство, да я постараюсь, – ответил Егор и затолкал ключи в карман, а после не удержался и дополнил текст в своей хамской манере, – А Вася тоже нахамил? Если так, то я, пожалуй, поостерегусь. Но тут есть хищник пострашнее. Он самоуправства терпеть не станет. До счастья не доживешь, если кинешься на меня.

Мария вздохнула. Она понимала, что здесь в этом месте ей не подарят ее поступок. И нигде не подарят и решила не огрызаться.