– Господи, еще и это, – прошептала Мария, она понимала, что теперь попадает в настоящий скандал. Но вспомнила свое обещание, данное теперь уже покойному Любомиру и немного успокоилась.
Егор не ответил, припарковался на парковке, между двумя внедорожниками. Из автомобилей тут же выскочили шесть огромных мужиков и стали вокруг них.
– Все на месте? – уточнил Егор.
– Все, прибыли. Быстро проходим мимо покойного и на кладбище с эскортом. Скупили все цветы и венки в районе, – отчитался один из качков.
– Достань из багажника накидку для Марии и пойдем, я устал как бульдог после десятого боя, лапы подгибаются, холка в укусах. Держусь на адреналине и ярости. Остальные черные платки положи на входе, – пожаловался он одному или всем боевикам и выдал приказ.
Мужчина наклонился над багажником и Мария увидела кобуру под пиджаком. Она не сомневалась, что вооружены все поголовно. Единственная мысль – бежать, не успела оформиться. Себе самой она показалась жалким дилетантом с перочинным ножиком. И неотмолимый грех перестал душить, не давая дышать. Она точно знала, что эти люди умеют пользоваться оружием и применяли его не раз. Прохладный шелк накидки лег на плечи. Егор подхватил ее под руку, и она как в бреду пошла следом.
В гробу лежал совершенно незнакомый человек, казалось он еще больше уменьшился в размерах. Мария, ведомая под руку, прошла мимо и остановилась у гроба рядом с Егором. Задала себе один вопрос, на предмет своего присутствия в этом месте среди чужих людей. Дальше мысль остановилась.
А мимо потоком шли люди, смотрели на бездыханное тело. Мария попыталась узнать в толпе Алину – это у нее не получилось. Выяснилось, что она не запомнила эту женщину настолько, чтобы легко выделить ее из толпы.
Так же в полубессознательном состоянии она оказалась в одном из внедорожников в окружении боевиков с оружием. В салоне устоялся аромат дорогих духов, сигарет, алкоголя и терпкого мужского запаха.
На нее никто не обращал внимания.
На кладбище священник отпевал усопшего, к краю могилы подошли родные и близкие. Теперь она узнала Алину, женщина формально кивнула. Первым подошел Егор и бросил горсть земли, она с глухим звуком ударилась о крышку гроба. За ним последовали все остальные.
Люди быстро расходились. Мария поразилась скорости, с какой опустело кладбище. И тому как мгновенно заканчивается жизнь длиною почти в столетие. И очень обрадовалась, не услышав приглашение на поминки. Она оказалась в автомобиле Егора и услышала его голос, приведший ее в сознание:
– Мадам, вы реально скорбели?! Я в тихом шоке. Родные не впали в такую прострацию, как ты. Машка, приди в себя. Всё только начинается. Едем в контору нотариальную. Вот где будут настоящие похороны надежд. Хорошо, что старик все причитающиеся мне, отдал при жизни. И я могу похихикать и позлорадствовать. Ну и позавидовать, посчитать, какие богатства пролетели мимо меня.
– А зачем мне ехать в нотариальную контору? – уточнила Мария, зябко кутаюсь в черную шелковую шаль. В машине работал кондиционер на пределе.
– Мерзнешь? Прости. Если я согреюсь, усну, очнусь на том свете. А еду я, чтобы тебя не разорвала толпа родственников. Так распорядился Любомир, земля ему пухом лебяжьим. Кто знает, что вычудил дедушка, он приглашал юриста перед кончиной, улыбался, подлец, точно что-то замутил, – Егор ответил на её вопрос, но ясность не наступила.
Глава 25 В нотариальной конторе
В просторном кабинете разместились человек двенадцать. Нотариус монотонным голосом в полной тишине перечислял богатства и имена кому чего назначено. Никто не возмущался и не комментировал. Егор сидел с закрытыми глазами, казалось он спит. Мария не закрыла глаза, хоть очень хотелось, она замерла и испугалась. Своего имени не услышала и тихо молилась, чтобы оно не прозвучало. Догадываясь, что чудес не бывает. Мечтала получить какую-то безделушку на память и вернуться в свою жизнь.
– … остальное имущество переходит к Эльдаровой Марии Яковлевне, за то, что она в последние дни находилась рядом и за танец фламенко, позволивший мне вспомнить прошлое, и за будущие услуги, а также конверт с письмом, которое надлежит передать ей сразу после похорон, что я и выполняю, в присутствии всех заинтересованных лиц.
Мария встрепенулась и затравленно посмотрела на присутствующих. Хотелось провалиться сквозь землю, отказаться от всего. Она не сомневалась, что не имеет права ни на что.