– Может вязать, вышивать, боулинг или бильярд, – начал перечисление психолог.
Мария тут же замахала руками в знак протеста:
– Каким образом я выражу страсти, накопившиеся во мне? И не предлагайте мне бег или велосипед. Я пробовала гонять на велосипеде, не помогло, я захотела броситься на перерез под автомобили. Я что смогу считать крестики или петли и пытаться попасть по шару палкой или раскрашивать картинки по цветам? Меня это не успокоит. Нет! У меня просто руки трясутся, от одной мысли, что я сосредоточилась на монотонной деятельности. Я на работе как прикованная, цифры считаю и столбики.
Психолог задумался на несколько секунд и выдал рецепт. Сам не веря в действенность.
– Танцы!
– Ага, точно флешмобы в кедах на мосту. Мне двадцать восемь, двигаться в ритм я не умею, – начала отказываться Мария и вспомнила, как она танцевала в детстве перед зеркалом и просилась чтобы ее отдали в бальную школу, как всегда, поучив отказ, и неожиданно для себя согласилась, но продолжила выставлять условия, – Танцы для малолеток, я буду смешна. Фигура не та. Это терапия так себе.
– Забей номер Ирины и звони, на следующий сеанс жду с отчетом, – приказал психолог и Мария выполнила команду.
Ирина встретила ее с восторгом, в котором явно прослеживалась работа того же психолога.
– Привет, – первая отозвалась Ира, безошибочно определив сестру, по несчастью.
– Привет, от чего лечимся? – схватила быка за рога Мария.
– От убийства. Мы все от этого лечимся. Я хочу убить себя и еще кого-то, смотря по ситуации, – честно ответила Ирина.
– Прости, я всегда хочу кого-то порешить, пока на первом месте шеф, – откатилась назад Мария.
- Добро пожаловать в клуб. Я специально позвала, тебя пока никого нет. Просто покажу тебе танец, а ты или свалишь, или останешься. Я не психолог, мне насрать на тои проблемы. Я после смерти дочки ничем не дорожу, – рассказала историю своей жизни Ирина и ушла за сцену.
Через пять минут раздалась музыка в испанском стиле и на сцену вышла женщина в обтягивающем платье в пол с широкой юбкой книзу утяжеленное несколькими слоями оборок, такого же алого цвета.
А дальше случилась магия. Руки женщины взметнулись вверх, и тело пошло против ритма мелодии, ноги отбивали чечетку, платье взлетало, подчиняясь движениям рук и ног. Она еще не знала, как это сложно управлять тяжелой непослушной тканью. Мария перевела дыхание и не сразу осознала, что музыка стихла. Ей показалось она танцевала вместе и Ириной и запыхалась, как и она.
– У меня так не получится, – почти шепотом сказала Мария.
– Я покажу основные движения и, если по три часа в день после работы тратить на тренировки, получится. Знаешь почему я выбрала этот танец, в нем можно делать все что угодно в рамках правил, и чем старше женщина, чем опытнее, тем лучше. Ей есть что сказать зрителю, просто движения заменяют слова, – пояснила Ирина.
– И когда покажешь? – уточнила Мария.
– Когда ты купишь бата де коло – проще платье, специальные туфли кадрильки и кастаньеты, шаль и веер. Деньги есть? – уточнила Ирина.
– На жизнь нет, на ерунду имеются, – ответила Мария.
– Тогда вот адрес, поезжай к портному, он в театре шьет наряды, скажешь от меня все подберут. Не надо танцевать в трениках, в этом танце, танцует одежда, обувь, веер, мантилья. В спортивном костюме иди в спортзал гири таскать. И не говори, что дорого, чем больше вложишь, тем сильнее жаба придавать, когда бросать надумаешь. Все вали, – отправила ее Ирина.
Мария оплатив так называемую униформу, оценив стоимость и поняла, что, заплатив такие неслабые деньги начнешь танцевать уже из принципа, чтобы деньги не пропали. Первые уроки, она вспоминала с отвращением и стыдом. Поначалу она казалась себе соломенным чучелом, не понимающим как согнуться и повернуться, но постепенно все начало получаться. Она исправно приходила в зал каждый день кроме выходных, а на выходные занималась дома.
Движения оттачивались, ритмы становились родными. Задевали какие-то скрытые струны в душе. И душа начинала откликаться и петь.
Ирина вытолкнула ее на сцену, и она не испугалась зрителей. Возникла некая отстраненность и она поняла, как это рассказать танцем о своей жизни сегодня, или о каком-то отрезке из прошлого. И неважно, что она рисковала остаться непонятой, это не имело значения. Главное она могла рассказать, выплеснуть эмоции и жить дальше. Агрессия ушла, работа престала бесить, шефа расхотелось убить.
А еще через полгода. Ирина позвонила ей и сказала, что кто-то записал, ее танец и выложил в ютуб. Мария посмотрела ролик и обомлела. Ей понравился результат, она ощутила свой восторг записанный и растиражированный. Нельзя сказать, что в ней проснулся крытый талант, но она научилась владеть своим телом и эмоциями.