Тот быстро пробежал взглядом по страницам журнала и возвестил:
– Такой нет.
Отступать при первой же неудаче никогда не было моей привычкой, и я без раздумий ринулась в бой:
– Не может быть! Наш редактор лично звонил вашему руководству. Черт знает что! Договариваешься, тратишь время, стоишь в пробках по всему городу и, пожалуйста! Никто ничего не знает!
Видно, возмущалась я очень натурально, потому что первый охранник примирительно сказал:
– Минуту, не нужно нервничать. Сейчас все выясним.
Я презрительно фыркнула и отвернулась. Со стороны могло показаться, что я возмущена до предела. На самом же деле эмоции были ни при чем, просто я пыталась продуктивно использовать последние мгновения своего пребывания в этом офисе, чтобы все запомнить и разглядеть. Должны же быть, черт побери, иные пути проникновения в него!
Охранник между тем извлек из кармана рацию и произнес:
– Нина, это первый пост. Подойди к нам.
Через секунду в дальнем конце коридора распахнулась дверь, и по зеленой ковровой дорожке в нашу сторону заспешила тоненькая фигурка. Издали мне показалось, что это идет юная девушка, но стоило ей приблизиться, как стало понятно, что это впечатление ошибочно. Нине было никак не меньше тридцати.
– Добрый день, – с заученной приветливостью поздоровалась она.
– Добрый, – с неприкрытым недовольством откликнулась я.
На самом деле никаких претензий у меня к ней, конечно же, не было. Просто ситуация и выбранная мною роль требовали проявления недовольства, вот я честно его и демонстрировала.
Нина бросила на охранника вопросительный взгляд, он тут же пустился в объяснения:
– Это журналистка. Утверждает, что есть договоренность об интервью, но в списке ее нет.
– Про список ничего сказать не могу, не знаю, – встряла я. – Но мне доподлинно известно, что наш главный редактор вчера лично звонил сюда и договаривался о встрече.
– Нам никто не звонил, – тихо, но очень категорично проронила Нина.
– Откуда вы знаете? Может, он говорил с кем-то из руководства! – возмутилась я.
Моя бурная реакция не произвела на нее совершенно никакого впечатления; вежливый голос прозвучал по-прежнему тихо и без эмоций:
– Никто, кроме Елены Анатольевны, такого решения дать не может. Ее вчера не было на работе, все звонки принимала я, и ни один главный редактор мне не звонил.
– А вы, собственно, кто?
– Личный секретарь президента компании, – последовал спокойный ответ.
– И с вами никто не связывался?
Она отрицательно качнула головой.
– Ничего не понимаю! – обиженно воскликнула я. – Меня срывают с работы, посылают сюда, а здесь, оказывается, никто не ждет! А у меня, между прочим, своих дел по горло. Мне репортаж срочно сдавать нужно!
Я так вжилась в роль, что сама уже почти верила в то, что говорила. Нина же слушала мои причитания с каменным лицом, и видно было, что выражать сочувствие она не собирается.
Двери лифта открылись, и из него выпорхнула субтильная девица в потертых джинсах и безразмерной клетчатой рубахе. Ее выкрашенные во все цвета радуги волосики прикрывала кокетливая панамка с надписью «Coca-Cola light», правую ноздрю украшало малюсенькое колечко с синей стекляшкой, а к груди это колоритное создание прижимало внушительную стопку канцелярских папок. Завидев нашу дружную компанию, девица напрочь забыла, куда шла, и замерла на месте, весело поблескивая круглыми глазенками и с любопытством прислушиваясь к моему монологу.
– Столько времени зря потеряла! – продолжала я сокрушаться, краем глаза наблюдая за вновь прибывшей.
Присутствие незапланированного зрителя, да еще такой экзотической внешности, здорово отвлекало и мешало сосредоточиться. Я чувствовала, что сбиваюсь и постепенно начинаю выходить из роли. Допустить этого я никак не могла и уже с раздражением начала подумывать, как бы половчее шугануть эту «райскую птичку», но меня опередила Нина.
– В чем дело, Люся? – ледяным тоном поинтересовалась она.
– Ни в чем! – безмятежно откликнулась девица, продолжая беззастенчиво пялиться на меня.
– Почему же ты здесь стоишь?
Вопрос был чисто риторическим, и Люся его отлично поняла. Поэтому и отвечать на него не стала, а лишь передернула костлявыми плечиками да перехватила поудобнее выскальзывающие из рук папки.
– Марш в канцелярию. Там тебя с самого утра ждут, – сердито приказала Нина.
Люся презрительно фыркнула, независимо тряхнула челкой цвета зеленки, но все-таки подчинилась. Похоже, Нина хоть и числилась всего лишь секретарем, но власть здесь имела немалую. Правда, и Люся тоже оказалась не лыком шита и, покидая наше общество, все же оставила последнее слово за собой. Проходя мимо, она отчетливо пробормотала себе под нос: